– Чего тебе?
– А где был ты? – не выдержала я. – Откуда ты все это так хорошо знаешь, если сам остался жив?
– Сам всему научится! – и это нам знакомо.
– Перебьешься! Воспитывай силу воли. Ты же все равно отречься пытаешься.
– Пожалуй, – на всякий случай не стал я спорить, хотя аналогии между красивыми девушками и коровами‑кобрами‑обезьянами не понял.
Я попытался отодрать противного кота от своей головы, но он, сволочь, только сильнее когтями впился.
– Так почему? – все же рискнул настоять я на ответе.
Зубы Лета сверкнули в лунном свете. Одним неуловимым движением он преодолел разделявшее нас расстояние. Звездной молнией темный от вампирской крови кинжал отсек голову Артесу Торету. Тысячи лунных радуг заиграли между деревьями.
– Ну и что ты на это скажешь? – глядя на плавающий в воде листок, со стоическим пофигизмом спросил вампир. – Где мы оказались?
– Было бы под силу, так не просил бы! – вздохнул мой учитель.
– Но маркиз говорит, ты нам всем сто очков форы дашь! Ой! – она вдруг прикрыла рот ладошкой и уставилась на меня широко распахнутыми глазами в полной растерянности.
– Вот‑вот! Потом еще и его спасай! А как?! Как я один должен! – снова заголосил старикашка.
За мою лысую черепушку отчаянно цеплялся всеми когтями Сириус. Ну, это я так подумал, что Сириус. Ослепнув от боли и заливающей глаза крови, я даже предположения способен был делать весьма смутные. Хотя, собственно, кто еще может цепляться за что‑то когтями, весить не меньше лошади, умещаться на голове и при этом лупить пушистым хвостом по моей спине? Не мышь же так мутировала, пока я в обмороке валялся!
Приведя свои мысли в порядок, и разложив их по полочкам, Изах почувствовал себя намного лучше. Существовало еще много неразрешенных вопросов, но теперь старик не беспокоился, им все больше овладевал азарт. Он обожал всевозможные загадки и тайны, и чем сложнее была задача, тем большее он испытывал удовольствие, распутывая клубок.
– Тоже непонятно, – Хайнор вздохнул, – не похоже на Сайруса – брать учеников.
Полупришибленный сотрудник конторы по прокату лошадей попрощался и, даже не взяв деньги за потерю коня, поспешил обратно в город. Ну а весь наш отряд вошел под сень древних деревьев Западного Леса. Диана наконец отлепилась от Феллиона и вприпрыжку побежала вперед зазывая нас за собой. Нам же ничего не оставалось, как идти следом. Я плелась последней, стараясь чтобы не было видно, как я прихрамываю – не так уж и удачно я на землю свалилась после отрубания гротхоновской головы. А еще эта тварь и слегка поцарапать меня сумела – от яда у меня иммунитет, но все равно побаливает.
– Зачем ты это делаешь, Кевин? – мальчишка по прозвищу Шлепок не проявлял радости по поводу только что полученного подарка судьбы. Напротив, его чумазая мордашка выражала недоверие.
Рик с трудом удерживаясь на спине подвижного монстра, принялся полосовать его спину никогда не затупляющимся лезвием.
– Вы в порядке, ректор? – спросил я, лихорадочно распихивая в узком пространстве прихожей полуистлевшее тряпье.
– Значит, они все же вместе… – глубокомысленно изрек я, чтобы хоть как‑то оправдаться за невольную дезинформацию. Хорошо, хоть Говорящая вообще появилась, а то Аль решил бы, что я совсем умом подвинулся на почве отсутствия дамского общества. Впрочем, он все равно не промолчал.
– А то и значит. Русалка‑то меня‑у только волшебным словам Звездного клуба научила. А связную речь и кое‑какие еще способности мне‑у Аль своим заклинанием подарил. Вот только действовать оно будет, исключительно, пока я‑у с тобой. Но и расти я‑у вместе с тобой буду. А все из‑за того, что ты тогда вмешался. А поскольку мне мои‑у новые умения очень даже по вкусу, то никуда тебе от меня‑у не деться. Изволь, маркиз, терпеть мое общество.
Хм… а денег‑то мне Хайнор не дал! Забыл? Вряд ли. Он никогда ничего не забывает. Вот зараза! Придется выпрашивать у моих героических мужчин. Оружие‑то ладно, а за одежду платить придется.
Только вот я, и даже геройские мужчины, так не можем. И что же в таком случае делать, когда на нас летит управляемый Повелителем дракон!?
– Эээ… получается, – замямлил я, – типа… ты… что… вы… они…
Из последних сил, почти ослепнув, теряя сознание, Делимор развернулся и выпустил заготовленное заклинание. Раздался истошный визг, почему‑то женский, вопль какого‑то животного, отборная ругань, выданная явно не мальчишеским голосом, потом последовала яркая вспышка, лицо обдало жаром, закапало расплавленное стекло, запахло паленым, а затем откуда‑то хлынул дождь, с шипением гася пламя, но не освежая, а наоборот погружая в дремоту, и Эрмота накрыла темнота.
– Ага, – подтвердила рыжая, очаровательно улыбаясь, – береги меня, а то вдруг пальчик пораню, капну на тебя кровушкой, а ты потом загнешься в конвульсиях с пеной изо рта. Правда, Винс?
– Спасибо тебе, все же, огромное. Ты не представляешь, как трудно найти друга в наше время. А у тебя много друзей? Не приятелей, а именно друзей?
– Я бы назвал тебя извращенцем, – не выдержал я. На удивление, кот не обиделся, даже не дернул усами.
– О Аргор! – взвыла я, поспешно вставая и поднимая Тима. Тот подниматься не хотел и снова рухнул назад.
– Что‑то случилось, леди Кида? – поинтересовался паладин, прерывая мои размышления о том, как хорошо было бы, если бы все вейсты вдруг передохли.