– Так как мы все‑таки будем к Дракэросу добираться? Неужели по реке?
Что дальше? Крышу снесло, мульки выбило, шлюзы прорвало – называйте, как хотите.
– Я пойду с тобой, Винс. Но только если ты ответишь на один вопрос.
Не то. Совсем не то. Что‑то чуждое, злобное, затаившееся.
Пахло из кухни одуряюще: похоже, Лера расстаралась, как могла. Поэтому я скроил максимально дружелюбную физиономию и открыл дверь в святая святых гастрономического беспредела. И застыл. Во главе стола восседал Шимишигал. К лицу его прилипла вежливая улыбка, откровенно сводя судорогой скулы великого мага. За спинкой его стула стоял Аль и злорадненько так скалился. Лера хлопотала у плиты, Киниада о чем‑то шушукалась с Феллом, а Тим, Винсент и Эрмот расположились прямо напротив господина ректора и сверлили его недобрыми взглядами. Ворк! А я и забыл! Ему же еще желания исполнять!
– Ну‑с? И где вы были, прекрасная леди? – полюбопытствовал Сайрус, подождав пока я удобно усядусь.
Его величество окинул меня ласково‑презрительным взглядом и, не поднимая головы с пола, повернулся к Ша‑Нору.
– Кто это? – хрипло спросила она. – И когда они готовят вылазку?
– Кида, – первым нарушил молчание Георгор, – а что особенного на самом деле в Лейдриниголе? Это ведь глупость все, что им любого дракона убить можно…
– Пи! – нахмурилась серушка, после чего резво шмыгнула куда‑то в темный угол.
И почему мне кажется, что мы все по уши вляпались в дерьмо?
– А вашей новоиспеченной коллеге не полагается малая толика от общего котелка? – вкрадчиво промурлыкала она, протягивая к огню озябшие ноги. – И, кстати, было бы неплохо узнать также имена всех остальных членов нашей теплой компании.
– Увы, – Эрмот развел руками.
– Джефри тебе много чего может сказать. Неужели не помнишь его излюбленную историю, как он из полена выстругал человечка с длинным носом, который вдруг ожил и, разозлившись на отказ сделать его нос нормальных размеров, зарядил Джефри кулаком под левый глаз? Оттого он его постоянно щурит… – Рик отмахнулся, однако на душе стало как‑то противно и тягостно. Да, Джефри, конечно, редкостный трепач, кое‑кто даже в команде искренне считает его сумасшедшим, но вряд ли он стал бы шутить такими вещами. Он один из немногих понимает реальную опасность, исходящую от кельнов, и полностью разделяет опасения Рика.
"Ася, я же для него! Для него жизнь украла! Я думала, Шимми ее никогда по доброй воле не отдаст! А теперь? Что теперь?! Он же меня съест!"
Короткий вскрик, а потом маленькая фигурка рванулась в воздух, успев перехватить воина и мага почти у самой границы сверкающей остриями тверди, и, продолжая плавную дугу полета, опустить на свободное пространство прямо у подножия постамента. Скалы исчезли. В десяти метрах от нас рыдающий мальчик пытался вернуть к жизни несостоявшегося паладина Белых доспехов, а мы стояли, не в силах пошевелиться. Первым сорвался с места почему‑то Кевин. Я вздрогнул и приготовился повторить подвиг Дога, но черное стекло, словно истратив весь запас сил на последнюю атаку, спокойно пропустило наемника. Тогда побежали все.
– И я‑у с вами‑у! – заорал котяра и первым бросился карабкаться на дракона.
– Да потому что прав не имеют никаких более. Не по зубам им полимаг с тремя апгрейдами. А тут и сообщение из Магистерии пришло, что уже четыре. Они‑то тебя повязать после второго надеялись, ан нет… не успели! – старик снова разразился дребезжащим смехом. – А ты вот мне что скажи, маркиз. Это когда это ты левитатором‑то стал? Уж не тогда ли, когда перила напротив моей спальни порушил?
И летать! Как давно я не парила в небесах.
– Пошли?
– Арий – это калека в инвалидном кресле?
– Уже скоро, совсем чуть‑чуть осталось.
Маркиз тем временем попытался открыть дверь, а когда она не поддалась – просто щелкнул пальцами, и массивная деревянная панель рассыпалась в труху. Та же участь постигла перевернутый ореховый комод, который, собственно, и загораживал дверь. Из‑под холмика опилок, смешанных с интимными предметами туалета и каким‑то мелким хламом, послышался стон. Ася нагнулся и быстро, по‑собачьи принялся откапывать потерпевшего. Надо сказать, после того, как молодой маг взял на себя всю ответственность и самостоятельно, ни на кого не оглядываясь, принял решение, остальные послушно потянулись за ним и принялись помогать. Под опилками обнаружился старикашка, в котором Делимор не сразу опознал хозяина башни, да и то исключительно по косичкам и вопиющему колпаку – лицо потерпевшего превратилось в один сплошной синяк. Тем временем эльф, Кида и Тим выгребли из‑под обломков чего‑то не столь массивного, но, несомненно, не менее убойного, тело второго волшебника. Этот тоже был без сознания, к тому же его руки и ноги изгибались под странными, явно нездоровыми углами. В" Асилий поднялся и Эрмот увидел, как побледнело его лицо. "Дог! – промелькнуло в голове у воина. – Дог здесь единственный целитель, кроме пострадавшего мага!". Не дожидаясь развязки, он понесся вверх по лестнице, чтобы позвать на помощь парнишку.
– Ну ладно, "герой", пойдем‑ка в дом, а там и разберемся, кто ты такой и что с тобой делать, – сказав это, маг создал малый портал и переместил себя вместе с бессознательным парнем обратно в башню.
Последняя, далеко не самая удачная реплика принадлежала Генриху.
Тушу зверя пришлось оставить прямо на том же месте: выпаривать мясо храчча, выводя кислоты, позволявшие четырёхсотфунтовой туше развивать совершенно невообразимые скорости, было занятием более чем утомительным и требовало большого количества времени. И это – без учёта времени разделывания трупа. Суставчатые лапы храчча никуда не годились; массивный стреловидный хвост, который он использовал как лишнюю толчковую конечность – тоже; а уж про дополнительные когти по обеим сторонам живота вообще говорить не приходится.
После чего, одарив нас зубастой улыбкой, он откланялся, а мы приникли к перилам заграждения.
Больше она ничего не сказала, но я понял, что она этого так не оставит. Помимо оскорбленной гордости в глазах ее уже полыхал огонек азарта. Моя милая женушка вышла на тропу войны, а неизвестный мне Иртен, о котором я знал лишь, что любой "энергетик" мечтает отдать ему в обучение своего отпрыска, даже не подозревал, что его ждет. И хотя сейчас Анита прижималась ко мне спиной, и я чувствовал(зпт) как спокойно и уютно ей в моих объятиях, я знал, что фигуры на шахматной доске ее мести уже расставлены.
– Винсент.
– А о‑ун посильней тебя‑у будет. Это‑у хорошо‑у, – от неожиданности я плюхнулся на пол, так и протягивая вперед руку, а кот, наконец, соизволил преодолеть разделявшее нас расстояние, потерся башкой о мое колено и добавил: – Пригодится‑у. И я‑у с ним дружить стану…