— Сюда? — удивлённо переспросил связной и будто впервые оглядел комнату. — Здесь всюду кровь. Может, вам лучше стоит…
«Если после всего этого меня убьёт ветер…»
— Каким образом ты собрался её проверять? Магией?
Мысли Летара замкнулись сами на себя, и он кое-как осмыслил услышанное, решив больше не усиливать зрение и положиться на слух. Собравшееся складкой время снова расправилось, стряхнув с себя тысячи крошек секунд. Утро готовилось перейти в день, а архимаг всё не появлялся.
«Я всё ещё жив. Доказывает ли это, что Дерас не видит меня? Или хотя бы, что его попытки покончить со мной провалились из-за неточностей в планировании?»
— Ты ставишь жизнь на то, что ни коим образом не будешь сознательно вредить или мешать мне?! — проорал Летар в лицо катапультировавшейся из сна магичке.
Пустую комнату успели перевернуть вверх дном и пригладить обратно так, будто здесь не искали неуловимого убийцу. Летар оценил заправленную в спешке постель, приоткрытый гардероб, и сдвинутые на одну сторону шторы. Не тронут был только стол, на котором бессчётное время тому назад Лит обсуждали план обороны города. Не имея альтернатив, Летар забрался в пустой шкаф и закрыл за собой деревянную дверцу достаточно тонкую, чтобы пронзить её магическим взглядом.
— Пока не отвечает, — отрапортовал связной и вдруг охнул. — Ответил. Он отказывается прибывать раньше установленного срока и в не установленное место. Говорит, что встретится с вами завтра утром на западном балконе, как и было обговорено, милорд.
Связная кивнула, потрясённо взирая на лишённую подвижности руку.
Приближение смерти стиснуло убийцу в ментальном параличе. Его как будто стошнило мыслями, и пустой мозг теперь саднил от прокатившейся по нему кислоты. Он перестал придумывать новые планы и подходы, он просто ждал с надеждой на то, что Дерас Каас придёт на условленную встречу.
Вопрос прозвучал предельно дерзко, солдат мог оказаться за такое и в камере, и в петле. Но связные из другого материала леплены, слишком необходимые они, чтобы растрачиваться, и порой непомерная цена языка связного мешает держать его за зубами. Вот и сейчас не сдержался.
В комнату ворвался Макз со своим заменяющим связным — мужчиной непримечательной наружности и без намёка на оружие, — а пара солдат осталась дежурить снаружи, за захлопнувшейся дверью. Герцог выглядел посвежевшим, будто его накачали бодрящей магией и ею же отогнали скорбь по мёртвому любовнику. Связной прошёл в сторону и встал сбоку от балкона, зашевелив руками, сплетая до боли известное Летару заклятье. Незримость окутала связного, но из поля зрения Летара он не выпал — без зрительного контакта с убийцей, он не мог направить заклятье к его глазам.
— Милорд?
«Ублюдок видел всё от и до!»
— Ваше Высочество! — возопили снаружи. — Вы нужны внизу! Имперцы…
Убийца опустил руки и вернул себе устойчивое положение прежде, чем его ноги свесились с края крыши. Он забрался повыше, перевернулся на живот и расслабил похолодевшие от страха конечности, опустив лицо на тёплую кровлю. Снова время стало самым пугающим фактором. Последние сутки истекали с поразительной неторопливостью, но почему-то Летара не радовало растянувшееся время. Усталость, голод и нервное перенапряжение давали о себе знать.
Глядя на раскиданные тела с посечёнными дробью лицами, Летар невольно провёл рукой по плащу, оставив на нём багровую полосу, но закрепив в памяти, что у него теперь есть и меч, и кинжал, и сантипушка с последним зарядом. Подойдя к одному из трупов, убийца встал на колени, содрал с чужого пояса флягу и перевёл дух. Вода вымыла соль изо рта и избавила лицо от слоя копоти и пота. Хотелось прикрыть глаза и простоять в этом положении до самого вечера, но нельзя было медлить. Проход во дворец свободен до следующей смены караула.
— Но… не откажутся ли солдаты воевать, когда фигура архимага перестанет нависать над ними?
Возблагодарив богов за пьянство вражеских солдат, убийца вынырнул из укрытия и унёсся прочь. Порядок поиска связной встал с ног на голову. Если Макзу она не нужна на первом этаже, значит нужна на последнем, откуда можно командовать и следить за башней архимага. Иные варианты менее вероятны, и сейчас ими стоит пренебречь. Руководствуясь этой мыслью, Летар проложил свою дорогу к главной артерии всего дворца — лестнице, возносящей своих гостей на недосягаемую простым смертным высоту над Альмуном. Лёгкая поступь убийцы понесла его наверх неслышными прыжками, покрывающими несколько ступеней за раз.
«Человечность происходит из свободы. Справедливость — это нож в горле свободы».
— Понимаю, милорд.
Выстрел в руку был вдохом, попыткой вновь вытянуть чужую жизнь в пользу своей. Дерас вскинет ладонь, и её тут же разорвёт в клочья вместе с возможностью архимага сопротивляться. И вот тогда Летар прибьёт ублюдка мечом к полу, и утолит свою жажду магии.
Летар поморщился от резкого звяканья ударившей в стену бутылки и потряс головой, избавляясь от застрявшего в ушах звона. Резонирующий звук утихомирился, и тут же вернулась способность ясно мыслить. Кем бы ни был этот Фодр, если он не обладает умением смотреть через несколько слоёв камня, дерева и глины, то угрозы не представляет.
— Я здесь, — после заминки раздался знакомый голос. — Пойдите прочь, у меня встреча с архимагом.
Летар окинул комнату взглядом более пристальным, чем раньше. Узкий карниз над балконом выглядел не слишком многообещающе, и убийца сомневался в своих возможностях проторчать там двадцать часов, но это было началом… и концом, судя по тому, что вокруг были лишь очевидные места, куда обязательно сунут нос западные ищейки.
«Я оправдывал себя тем, что иду не по пути случайности, а где её нет — там находится истинная справедливость, выбор настоящего человека. Справедливость, выраженная в ясности последствий за каждое совершённое действие. Но я не слишком задумывался, так ли хороша справедливость. Дерас исключил для себя случайность и вмешался в жизнь всей человеческой расы, заразив её собственным детерминизмом. Стал ли мир лучше? Стал ли он хоть на толику яснее? Нет. А даже если бы стал, что стало бы с миром, если бы все видели своё будущее, знали последствия каждого действия наперёд? Бесконечный конфликт свободы выбора — нет, невозможно. Воцарилось бы первозданное право сильного: столкновения разнородной воли в погоне за лучшим исходом, невозможным для всех и сразу, доступным лишь для могущественнейших мира сего. Магия ясновидения сложна, она ставит палки в колёса иных разделов магии, она лжёт без оглядки, подбрасывая несчастным картины невозможного будущего, и сводит слабых владельцев с ума, отправляя в погоню за несбыточными грёзами. Всё оттого, что ясное видение мироустройства не предназначено для немощных духом людей. На самом деле, магия милостиво держит в тайне от них тот факт, что справедливость и человечность несовместимы. Где есть одно, там не может быть другого».
— Я спущусь, когда закончу. Двоих солдат мне.
Почему-то Летару казалось, что нет. Вероятно, личный опыт.
Летар разжал хватку на арбалетном болте, вытянутом из набедренного колчана убитого и откинулся на спину, отпихнув труп от себя. Сердце колотилось так, как не снилось ни одному колоколу, красная пелена перед глазами медленно рассеивалась. Он отдышался, рукавом плаща размазал пот по лицу и заставил себя подняться на ноги.
Надсадное фырчанье.