Артур поморщил нос, опустив чашку на блюдце и окинув взглядом изделие в её руках.
— Когда битва за Хогвартс была окончена, — начала она тихо, — и я оказалась в Большом зале, меня… Невилл Долгопупс показал мне… я увидела… — Гермиона неглубоко и часто задышала и следом сделала глоток чая под пристальным взглядом Артура Уизли.
— Успокойся, — он был удивлён, но в его голосе звучали нотки теплоты.
— Я увидела то, что мне нужно было исправить.
— Исправить? — выдержав паузу, спросил мистер Уизли, продолжая смотреть то на Гермиону, то на маховик. Его глаза распахнулись, и он приоткрыл губы, резко втянув воздух через нос. — Ты хочешь сказать, что…
— Это маховик времени профессора Дамблдора, — зажмурившись, Гермиона аккуратно опустила часы на поверхность стола. Они продолжали тихо тикать в полной тишине, и этот звук вернул её в Комнату Времени, где тысячи механизмов отбивали такой же ритм.
Мистер Уизли на мгновение перестал дышать. Гермиона уставилась на него и заметила, как подвесная люстра освещала его лицо. Свет сбегал по плечам и рукам, жёлтый, как пламя восковой свечи; он менялся, тона сливались, становились оранжевыми. Овеянный свечением Мистер Уизли сидел неподвижно и молча, пока спустя минуту или две не спросил:
— Что ты исправила, Гермиона? — его взгляд был устремлён на неё. Лицо было совсем бледным, взволнованным, полным переживаний.
В глазах всё задребезжало от влажной пелены, возникшей внезапно, и горячие слёзы скопились в уголках, норовя вот-вот сорваться и полететь вниз.
Тишина подарила несколько секунд, чтобы собраться.
— Смерть. Я не допустила смерть одного близкого человека, — чётко и ровно сказала Гермиона. Взгляд мистера Уизли буравил дыру в столе. — Я знаю, что наказание за использование маховиков времени…
— Чью… чью смерть ты не допустила? — сорвалось с пересохших от волнения губ Артура.
Перед глазами вспыхнуло холодное лицо Джинни, в голове будто прогремел крик Гарри, руки Гермионы задрожали, и она едва успела спрятать их под стол, чтобы мистер Уизли не увидел, насколько сильно она была не в себе.
— Нет, — он поднял руку, когда Гермиона приоткрыла губы в попытке что-то сказать. — Нет, не говори, — тише добавил он. — Гермиона, это всё довольно серьёзно, ты же понимаешь?
Она сухо кивнула, опустив глаза и теребя кутикулу на указательном пальце.
— Ты была одна?
Горло оказалось пережато удавкой.
— Да.
Гермиону терзало чувство, которое навалилось на неё, грозя навечно похоронить под собой. Не понимая его по началу, она боролась с ним, с болью и отчаянием. Но оно было неуязвимым, не подчинялось её воле. Это чувство было её врагом, который крался по пятам и предугадывал каждый шаг прежде, чем она успевала его сделать. Этот враг — собственное скорбящее сердце, и когда оно наносило удар, от него не было защиты.
В глазах Артура блеснуло раздумье.
— Мальчики или кто-либо ещё знает об этом?
— МакГонагалл, сэр, — ответила быстро Гермиона, и её голос, хвала Мерлину, не выдал ни капли сомнения.
— Минерва… ладно, — произнёс мистер Уизли рассудительным тоном. — Тогда поступим так, Гермиона, — он выдохнул и взял в руки маховик. Покрутив его и рассмотрев со всех сторон, Артур продолжил: — Я уверен, ты умеешь хранить секреты, поэтому… я скажу, что во время ремонта Школы этот… маховик был обнаружен в кабинете Дамблдора. Минерва подтвердит это, — голос мистера Уизли переходил из его груди прямо в грудь Гермионы, как эхо океанских волн. — Думаю, его место в Отделе Тайн. Я слышал однажды, — протянул он, внимательно сфокусировавшись на крохотном циферблате, — что там хранилась стрелка…
Сердце Гермионы сжалось от страха. И хотя она старалась замаскировать своё волнение, усеянное колючками нахлынувшего ужаса, мистер Уизли, пристально изучавший её, прекрасно разглядел это в карих глазах.
— Успокойся, Гермиона, — тихий, практически нежный голос Артура подействовал на неё так, что лёгкие перестали бешено циркулировать воздух, а сердце вернулось к нормальному ритму.
— Трэвэрс, — Гермиона прочистила горло и вновь произнесла: — Трэвэрс. Он хотел осмотреть кабинет Дамблдора. Ему… он сказал, что там могли остаться артефакты.
— Торкуил Трэвэрс? — мистер Уизли в удивлении вскинул брови.
— Да.
— Он отныне находится в розыске, — губы Гермионы открылись, слова застряли в горле. — Отдел магического правопорядка недавно завершил расследование убийства одного волшебника — незарегистрированного анимага, — перед глазами силуэты перестали быть чёткими, всё вокруг слилось в единое мутное пятно, и Гермиона была на грани того, чтобы упасть в обморок. — Ты… тебе плохо?
— Н-нет, — проблеяла она, отрицательно качнув головой.