Тхингалл рухнул на землю, переводя свое дыхание в умеренное состояние. Он осмотрелся. Кругом было тихо. На смену непрекращающемуся шуму боя пришло пение местных птиц, что не нарушали здешний покой, а делали его ещё более умиротворённым. В своей жизни каджиту никогда не привечалось совершать такой рывок, да ещё в таких экстремальных, опасных для жизни, условиях, поэтому он потребовал от него много сил.
Ахаз’ир сел рядом с ним, воткнув острый кинжал в мягкую почву, тоже пытаясь перевести дыхание, но тяжёлая одышка не давала этого сделать.
– Похоже, мы выбрались, – ловя ртом воздух, Ахаз’ир обратился к Тхингаллу.
– Думаю, за нами нет погони. И те, и другие слишком сильно были заняты, убивая друг друга, – ответил он, ложась на мягкую травянистую почву, скрестив за затылком свои лапы.
– Кто же это такие? – продолжил Тхингалл, посмотрев на освещённое лучами солнца небо, постепенно освобождающееся от скопления туч. – Раньше ни один из путешественников, что бороздят по просторам Скайрима, не рассказывал об этих людях. На вид они отличались от обычных бандитов, которые водятся в нашей провинции. Раскраска иная… Видел их рисунки на лицах? Изображение черепов. Побери меня морозная буря, но я видел у одного из них настоящий череп! Человеческий череп, свисающий на поясе! Ну и дела…
– Да какая разница? С двоими мы… ты расправился без особого труда. Значит, их тоже можно резать. А откуда они – не важно. У них такого же цвета кровь, как и у всех остальных людей, – с реализмом ответил Ахаз’ир.
– В этой всей суматохе мы забыли рюкзак взять. Искать было слишком долго, но там лежала карта, – сказал Тхингалл, приподнимаясь и разминая свою шею.
– Откуда она у тебя взялась? Ведь, кроме оружия и брони мы больше ничего у кузнеца не брали.
– Это и не его собственность. Выдался один случай… – Тхингалл скрестил нижние лапы, оперевшись на них предплечьями. – В нашу таверну забрёл как-то один искатель приключений, облачённый в ярко сверкающие стальные латы. Внушительного вида такой он был, с окладистой бородой бурого цвета, весь в морщинах уже, но крепкий, настоящий медведь. Сел за стол он, значит, и заказал кружку тёплого нордского мёда. Краем глаза я увидел сверток бумаги, торчащий из его мехового рюкзака. И пока он знатно опустошал свой бокал, да общался с рядом сидящими, ничего не подозревая, я не побоялся и вынул этот сверток у него из-под бока и до последних пор хранил у себя, – каджит, закончив, махнул своим длинным пушистым хвостом, сминая жёлтую траву у себя за спиной.
– Сейчас нам надо выйти на какое-нибудь поселение, – сказал Ахаз’ир. – Думаю, пойдём по склону вниз, вдоль чащи, потом выйдем на ближайший тракт, если повезёт, найдём указатели какие-нибудь. Авось, набредём куда-либо.
Солнце уже стояло в зените и ярко светило своими лучами. Каджиты шли по более или менее свободной от кустов и высокой травы тропинке через лес. Выходить на большой тракт они всё же не рискнули. Эта местность была им мало известна, поэтому безопасней было держаться плотного леса. Под стальными сапогами то и дело шуршала упавшая листва. Некоторая из них уже давно потеряла свой окрас, превратившись в тёмно-красный покров почвы.
Вдалеке послышался вой и рычание волков. Тхингалл остановился и осмотрелся, но опасность им не угрожала. Это стая голодных хищников расправлялась с пожаловавшим в эти края огромным пауком. Стоит отметить, что эти твари очень опасные. Многие опытные охотники погибали, встретившись с этими многоглазыми существами в схватке. Их быстродействующий яд смертельно опасен, а длинные узкие лапы разят подобно молнии. Поэтому, без специальной подготовки и парочки целебных зелий встречаться с этими тварями лучше не стоит.
Миновав три небольшие поляны, каджиты вышли к каменистому обрыву, где вниз стекала небольшим водопадом речушка. Внизу за горизонтом постепенно ярко-жёлтые кроны деревьев переливались в хвойную растительность зелёного цвета.
Спутники быстро миновали этот склон с обрывом и оказалась внизу, у берега небольшой речушки, что быстро бежала, огибая торчащие со дна камни. Тхингалл всё же рискнул и вышел на большой тракт. Рядом с дорогой томился в одиночестве деревянный длинный столб, на котором на дощечках, направленных заострёнными концами в разные стороны, было написано: «Рифтен», «Айварстед», «Виндхельм», «Вайтран». Тхингалл тщательно изучал дорожный указатель, приложив два пальца к подбородку.
Ахаз’ир подошёл к краю берега. Присев на одно колено, он зачерпнул в свои лапы воду, утоляя свою жажду. Рядом с ним огромный камень, томивший в покое своё пребывание здесь, внезапно пошевелился. Его края поднялись и из-под них на каджита взирало два бесцветных глаза. С боков распрямились огромные острые клешни. Не спеша существо начало волочить свою тушу к утоляющему жажду каджиту. Услышав шуршание у себя за спиной, Ахаз’ир резко развернулся, вынимая из-под кожаного пояса свой кинжал. Существо резко остановилось, вскинуло свои клешни вверх и человеческим голосом сказало:
– Стой! Не лишай бедного грязекраба его унылой жизни!
Каджит аж поперхнулся, выплёвывая остатки воды на землю. Вытерев рот, он кинул на существо стремительный взгляд.
– Что за чертовщина?! – возмущённо крикнул Ахаз’ир. – Говорящий грязекраб?!
– В Скайриме можно встретить ящериц и котов, что ходят на двух конечностях, словно люди, и общаются по-человечьи. В небесах Скайрима летали некогда драконы и извергали из своих пастей огненные языки. Так чему ты тогда удивляешься?
Ахаз’ир ещё некоторое время, прищурившись и направив острие своего кинжала на грязекраба, рассматривал неожиданно появившееся перед ним существо.
Грязекрабы обитают практически во всех водоёмах Скайрима. Это своего рода хищники, охотящиеся в основном на местную рыбу, а также иногда нападают и на незваных гостей из числа других животных или разумных рас Нирна. Они используют свой панцирь, который внешне в состоянии покоя трудно отличить от камня, в качестве маскировки. Это придаёт им способность скрыться от хищников посильнее.
– Моё имя Кризберг. Кризберг Грязько, – сказал грязекраб, протянув свою клешню каджиту в знак доброжелательности и приветствия.
– Ахаз’ир… – наконец, спрятав свой кинжал, ответил ему каджит, но клешню пожимать не стал, так как нотка недоверия всё ещё присутствовала.
– Приятно познакомиться. Скажу честно, мало кого я здесь вижу из числа разумных рас. В основном, волки забегают утолить свою жажду, олени или козы. Путешественники обычно проходят мимо. Откуда держишь путь?
– Из Рифтена, – более спокойно ответил каджит. – Путь мой долгий и чересчур опасный.
– А куда направляешься? – спросил Кризберг Грязько.
– Куда мои глаза глядят. До первого поселения, думаю. Передохнуть там не повредит. А потом дальше буду слоняться по просторам Скайрима.
– Ближайшее поселение здесь, это Айварстед, – сказал грязекраб, подползая ближе к Ахаз’иру. – Но берегись ведьмы, что живёт там!
– Какой ведьмы?
– Катания. Старая, вредная карга с крючкообразным и прыщавым носом. Это она сделала со мной то, что сейчас перед собой ты видишь.