Зейн скинул с себя свитер и положил его на кровать Найла, садясь рядом с Лиамом.
— Есть какой-то повод для визита, или я просто настолько привлекательный, что ты и секунды дольше без меня прожить не можешь?
Лиам хихикнул и уложил Зейна на кровать. Сейчас на его коленях сидел этот замечательный парень и, возможно, ответы на вопросы не так уж и важны. Тем не менее, он их получил.
— Возможно, Гарри упомянул, что Луи, возможно, упомянул, что ты ненавидишь встречи с психологом по понедельникам. Поэтому я решил тебя подбодрить.
Честно говоря, Зейн забыл о Патрике и их встрече, как только увидел Лиама (он не хотел думать о том, что бы это могло значить, поэтому и не стал). Но теперь, после напоминания, его настроение снова испортилось.
— Я не хочу об этом говорить.
— Круто. Так и не говори об этом.
— Ты даже не спросишь, почему? — Зейн приподнял брови, обнимая Лиама за талию, едва касаясь её пальцами. Он не хотел относиться к Пейну, как к хрустальной вазе, но эта задача становилась всё сложнее.
— С чего бы? — он выглядел и правда удивлённым. — Я говорил тебе: у каждого есть право хранить секреты. Если это твой секрет, я не буду заставлять тебя рассказать его или чувствовать себя виноватым за то, что ты не рассказал.
Зейн опустил руки.
— Это не секрет. Я просто не хочу об этом говорить.
— Окей, — Лиам немного отодвинулся от него.
— Окей, — повторил Зейн, почему-то уставившись в потолок. Он не знал, почему внезапно разозлился, просто так произошло и всё тут. В этом и проблема, не так ли? — Я часто дерусь, — начал он, поворачиваясь к Лиаму. — Так часто, что мои родители посчитали, что я вышел из-под контроля. Однажды вечером я пришёл домой — пьяный, с рассечённой губой и сбитыми костяшками — и они отправили меня сюда. А теперь все спрашивают у меня, почему я такой злой и почему я всех ненавижу.
Лиам гладил его по животу, следя за движением пальцев, а не за Зейном.
— Ты не всех ненавидишь. Не думаю, что ты ненавидишь больше людей и вещей, чем обычный человек. Я думаю, ты просто ярче выражаешь свою ненависть и не скрываешь её, чтобы угодить другим, как делает большинство людей.
Зейн выдавил из себя нервный смешок.
— Кто-то говорил тебе, что ты, вроде как, гениален?
— Обычно говорят наоборот.
Если бы Лиаму стало от этого лучше, он сказал бы, что ударил бы любого, сказавшего ему такую глупость. Хотелось оберегать и защищать Лиама от всего мира. А Зейну не нравилось помогать людям. Обычно он всячески старался этого избегать. Но Лиам…
Если бы он мог кого-то спасти, то выбрал бы Лиама. Но Зейн знал, что тот этого не позволит.
— Ты сюда надолго? — спросил он, понимая, что Лиаму не понравятся мысли, крутящиеся у него в голове, тем более, если он прямо о них скажет.
— Как ты сам хочешь.
Зейн провёл кончиком пальца по брови Лиама, а потом поцеловал туда, не рискуя прикасаться ещё к чему-то. Не с такими синяками.
— Тогда навсегда?
— Ав-в-в, — умилился кто-то у двери в комнату.
Зейн быстро поднялся, Лиам за ним, и тут же открылась дверь, впуская Найла с Луи, Гарри и Джошем впридачу.
— Серьёзно? — возмутился Зейн. — Мы могли бы быть голыми, вы это понимаете?
Гарри засмеялся.
— Точно не Лиам. Он будет краснеть так сильно, что умрёт от сердечного приступа, прежде чем снимет футболку.
Лиам покраснел, но по его щекам разлилась лишь лёгкая краснота. Зейна взбесило, что вместо румянца он видит фиолетовые и жёлтые синяки.