Вейн улыбнулся снова и отошел в сторону:
— Конечно, нет. Вы взрослый человек, Калеб. Вы в праве делать свои собственные ошибки.
***
Плиты пола были ледяные, даже в коридорах, где горели факелы и стояли жаровни, и Рейз торопился, убеждая тело делать шаг за шагом. Калеб не отпускал его руку, но и не сбавлял хода. Ни о чем не спрашивал и не говорил, будто тоже пытался уйти как можно быстрее.
Рейз кутался в плащ и чувствовал на себе взгляды стражников. Казалось, все они знают. Смотрят на него и видят беспомощным, проигравшим. Распятым у стены кучкой выродков.
Даже сил злиться на это не было. Страх сменился облегчением и усталостью, и накатила боль — глубокая и знакомая боль ушибов.
Он ничего не спрашивал у Калеба, не хотел в тот момент знать, просто считал шаги и мысленно уговаривал себя: совсем немного, еще чуть-чуть потерпеть.
Они вышли на улицу, холод вцепился в ступни как голодный зверь. На улице было пусто.
— Где твой экипаж? — спросил Рейз.
— Дома, — коротко ответил Калеб, достал небольшой серебряный свисток с витым навершием, поднес к губам. — Я прилетел на скате.
Свисток на мгновение засветился зеленоватым чародейским огнем, и снова погас.
Над головой плавно и мягко скользнула тень, и опустилась ниже.
Рейз вспомнил, как когда-то мечтал полетать, и поймал себя на том, что не чувствует ничего.
— Они успели? — спросил Калеб.
— Что?
— Трахнуть тебя они успели?
Калеб не церемонился, не боялся сделать больно.
Рейз отвернулся:
— Нет. Только били.
— Понятно. Залезай, сядешь в седло.
Рейз кое-как забрался, сам себя казался неуклюжим и неповоротливым. Калеб скользнул ему за спину, обхватил рукой и взялся за поводья.
Рейз напрягся, едва не рванулся прочь и не свалился со ската.
— Сиди! — окрикнул его Калеб и потянул поводья вверх.
Мимо поплыли окна домов, кругляшки воздушных причалов. Острые шпили Силл Арне.
— Красиво, — бездумно сказал Рейз. Он смотрел вперед и не чувствовал ничего. — Куда мы летим?
— Увидишь.
Больше он не спрашивал.
Ветер продувал насквозь, заползал внутрь безразличием: снежным, ледяным. Руки Калеба казались прутьями клетки.
Скат опустился на балкон дома Калеба. Рейз узнал не здание, он узнал сад вокруг, голые ветви деревьев и знакомы ворота вдалеке.