— Ты прав, так и есть.
Лицо Кетчера просветлело.
— Я знал, — он протянул мне книгу. — Решил, что это тебе больше понравится.
Взяв ее, я посмотрела на обложку. При виде «Убить пересмешника» в твердом переплете глаза защипало от слез, и я вскинула руку ко рту, уронив при этом книгу.
— Черт! — пробормотала я.
Мы оба наклонились поднять ее и столкнулись лбами.
— Ай! — Черт! — вскрикнули в унисон.
Трясущимися руками я подняла книгу. На глаза вновь навернулись слезы, когда я пробежала пальцами по обложке.
— Это первое издание.
Я оторвала взгляд от подарка и перевела на дарителя.
— Кетчер, это слишком. Я не могу принять.
— Уверен, что можешь.
Протянув ему книгу, я запротестовала:
— Но она стоит кучу денег.
Он махнул рукой.
— Это где-то сотый тираж первого издания. И она даже не подписана. Ты за нее не выручишь, наверное, и сотни баксов.
Переполненная эмоциями, я обняла его за шею и крепко прижала к себе. Потом чуть отстранилась и подарила долгий, чувственный поцелуй. А затем положила ладонь ему на щеку.
— От всего сердца, спасибо.
Он ухмыльнулся.
— Черт возьми, я буду каждый день дарить тебе по книге, если это означает такое внимание.
Я засмеялась.
— У тебя припрятана целая тележка с классикой, чтобы ухаживать за женщинами?
— Не совсем. Бабушка по материнской линии работала библиотекарем в Монровилле.
— Где жил Харпер Ли?
Кетчер кивнул.
— Можно сказать, что она иногда хитрила с копиями.
Я рассмеялась.
— Хочешь сказать, что это свежая копия?
Кетчер взял у меня книгу и открыл на последней странице. Опустив взгляд, прочитала «Собственность библиотеки Монровилля». Я фыркнула.
— Мне снова кажется, что наши бабушки были лучшими подругами.