В поисках необходимых документов я порылась в сумке.
— Как исполнитель завещания, поставьте, пожалуйста, подпись, чтобы я передала тело в крематорий. Разумеется, нужно, чтобы вы отправили мне факсом копию завещания.
Когда я протянула бумаги, она уставилась на них отсутствующим взглядом. И снова по щекам побежали слезы. Я нерешительно протянула руку и похлопала женщину по плечу. Один из первых уроков, который я усвоила о скорбящих, заключался в том, что не все люди хотят, чтобы к ним прикасались.
Но Патрисия явно в этом нуждалась. В следующее мгновение она бросилась в мои объятия и безутешно зарыдала. Потребовалось время, чтобы сориентироваться, так как впервые ко мне прижималась обнаженная женщина. Но смущение улетучилось, я могла думать лишь о том, как ее утешить. В конце концов, она потеряла любовь всей своей жизни, неожиданно и жестоко.
— Может, тебе стоит позвать Барри, — прошептала я Кетчеру.
Он кивнул и вскочил с дивана. Словно ребенка, я укачивала взрослую женщину, приговаривая слова утешения. Кетчер вернулся с Барри, и тот уселся рядом с Патрисией на диван.
— Патти? Я здесь, милая, — произнес он.
Его голос, казалось, пробился сквозь бурю горя. Патрисия отстранилась от меня и, вытерев щеки, смущенно улыбнулась.
— Прошу прощения, что так расклеилась.
— Пожалуйста, не надо извиняться. Мы все понимаем, учитывая новости.
— Вы очень добры. — Она вздохнула и сделала несколько глубоких вдохов, а потом расправила плечи. — Думаю, теперь я в состоянии заняться бумагами.
Я указала на листок, лежавший перед нами на столе.
— Просто подпишите это. — Как только она поставила подпись, я забрала документы. — Спасибо.
Патрисия перевела взгляд с меня на Кетчера.
— Вы же найдете того, кто это сделал, правда?
У нее дрогнул подбородок, и я испугалась, что она снова расплачется.
Агент уверенно кивнул.
— Да, мадам. Разумеется.
— Хорошо.
Она поднялась и слабо улыбнулась.
— Если не возражаете, я вернусь домой. Мне нужно время, чтобы переварить все это. А еще бокал вина или таблетка «Ксанакса».
Мы тоже встали.
— Конечно. Как только что-нибудь узнаем, сразу сообщим вам, — ответил Кетчер.
— Буду очень признательна.
Пожав нам руки, Патрисия позволила Барри повести ее по коридору прочь из клубного дома.
Кетчер продолжал задумчиво смотреть ей в след, и я спросила:
— Ты же не думаешь, что она что-то скрывает?
Он покачал головой.
— Нет. Она все нам рассказала.
— Тогда почему так смотришь?