— Для худосочного чувака Рэнди определенно много ел. А еще он явно тратил нелегальный заработок на еду, потому что тут у него всякая деликатесная хрень.
— Да?
Хотя в желудке забурчало от вида и аромата индейки, я не могла переступить через себя и взять еду покойного. Все же подожду, пока не окажусь дома.
Проглотив пару кусочков копченой индейки, Кетчер ответил:
— Черт, да. Импортные сыры и даже икра.
Я наморщила носик.
— Ненавижу икру.
Он перестал сворачивать очередной кусочек и удивленно посмотрел на меня.
— Хм, я бы никогда и не подумал, что ты ценитель икры.
— Когда я училась в колледже, подрабатывала официанткой в «Загородном клубе Атенса». Парень, в которого влюбилась, уговорил попробовать с одной из тарелок, что я и сделала. — Я вздрогнула. — Меня и по сей день тошнит, когда вспоминаю о том, как они лопаются у меня во рту. Не стоит и говорить, что моя пассия с тех пор меня не замечает.
Кетчер ухмыльнулся, прикончив кусочек индейки.
— Я сам никогда ее не пробовал, но после твоего блестящего отзыва, пожалуй, воздержусь и не стащу баночку. — Он вытер руки салфеткой и отставил контейнер. Открыв банку кока-колы, добавил: — Тот парень, в которого ты влюбилась, полный идиот. Во-первых, потому что повел себя как незрелый придурок и заставил сделать подобное, а во-вторых, потому что не сделал своей девушкой, как только увидел.
Я боролась с желанием попросить нюхательную соль, ибо чуть не упала в обморок от такого заявления. Вместо этого мои губы растянулись в глупой улыбке.
— Ты всегда льстишь женщинам, с которыми встречаешься?
— Только тем, которые заслуживают.
На щеках разлился румянец, и я пробормотала:
— Спасибо.
— Более чем пожалуйста. — Выпив кока-колу, Кетчер крайне непривлекательно отрыгнул и подошел к двери подвала. — Готова?
— Как всегда, — ответила я.
Щелкнув выключателем, он сбежал по лестнице вниз, а я за ним по пятам.
— Славное местечко, — заметил он.
Подвал оказался большим помещением с единственной дверью, которая вела наружу, а не в лабораторию. Он был воплощением настоящей мужской берлоги с гигантским телевизором, бильярдным столом и даже баром. Разумеется, мое внимание сразу привлекли две вещи: книжные полки от пола до потолка и музыкальный автомат пятидесятых годов.
Остановившись посреди помещения, Кетчер почесал подбородок.
— Здесь должен быть потайной ход.
— Книжный шкаф?
Я постучала по нескольким полкам.
— Наверное, слишком очевидно. — Он ткнул пальцем в огромную картину маслом на стене. — И она вряд ли скрывает за собой тоннель.
Не имея полной уверенности, я продолжала переставлять предметы на книжной полке. Кетчер подошел к выключателю. Когда комната погрузилась в темноту, я резко обернулась.
— Какого черта ты творишь?
Он достал из сумки фонарик.