Муравьиный Царь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вскоре под колесами машины зашуршал мелкий гравий. Из невидимых за деревьями усадеб послышался собачий лай. Но нигде ни огонька, ни движения.

В самом конце переулка гросс приказал водителю остановиться и вышел из машины. От реки тянуло прохладой и сыростью. Гросс поежился, поплотнее закутался в мантию и осторожно просеменил к ближайшей калитке. Луч карманного фонарика осветил медную дощечку с выгравированной надписью: «Проф. В. Л. Нотгорн», а рядом кнопку звонка. Потушив фонарик, сын божий осмотрел безмолвную махину дома и чутко прислушался. Где-то сонно добрехивали потревоженные собаки, в саду задумчиво, по-ночному, шелестели деревья, а за ними чуть слышно плескалась неугомонная речка. Брискаль Неповторимый вздохнул и решительно нажал кнопку звонка.

В одном из окон загорелся свет. Через минуту после этого на дорожке двора послышались тяжелые неторопливые шаги. К калитке подошел высокий грузный мужчина и сердито опросил:

— Что угодно?

— Мне срочно нужно видеть профессора Нотгорна… — ласково промямлил сын божий.

— Профессор не принимает в такую пору. И вообще он никого теперь не принимает! — последовал категорический отказ.

— У меня дело государственной важности! Для меня профессор непременно сделает исключение. Будьте любезны доложить ему!

— Да кто вы такой?!

— Этого я, к сожалению, не могу вам сказать, но вот моя визитная карточка. Передайте ее как есть в запечатанном конверте лично в руки профессору Нотгорну. Я подожду вашего возвращения.

Великан взял просунутый между брусьями калитки маленький белый конвертик и, ворча себе что-то под нос, пошел обратно к дому. Через некоторое время после его ухода в доме одно за другим осветились почти все окна. Послышались возбужденные голоса, главным образом мужские.

Наконец великан вернулся к калитке, молча отомкнул ее и распахнул настежь:

— Пожалте, ваша святость!

Сын божий вошел во двор и, подождав, пока калитка будет снова заперта, направился вслед за громоздким привратником в дом.

В кабинете, куда его привели, Брискаль Неповторимый увидел не худую высокую фигуру профессора Нотгорна, столь знакомую по прежним встречам, а еще одного чужого великана, чернобородого, загорелого, с широченными плечами грузчика. В первое мгновение гросс лишь устало подумал: «Где-то я видел этого человека…» — но через секунду память сработала и подсказала: «Материон!..» Словно оглушенный обухом в самое темя, старик почувствовал, как у него подкашиваются ноги и темнеет в глазах. Чтобы не упасть, он схватился за дверной косяк.

Но тут бородач, показав неожиданно утонченные манеры светского человека, шагнул навстречу гроссу, сдержанно поклонился и, видя на лице его смятение и даже ужас, предупредительно сказал:

— Честь имею приветствовать вас в Ланке и в нашем доме, ведеор гросс. Разрешите представиться: Рэстис Шорднэм, ассистент и сотрудник профессора Нотгорна. Сам профессор просит извинить его. Он очень огорчен, что не может вас принять, но виноват в этом не он, а коварная болезнь, которая заставляет его придерживаться строгого режима. Если ваше дело личного характера, то вам придется повторить свой визит месяца через два, причем обязательно в дневное время. Но если вы приехали по делу, касающемуся научной деятельности профессора Нотгорна, то в таком случае я весь к вашим услугам. Профессор, видите ли, полностью удалился от дел и всю свою научную работу передал мне.

Взяв себя в руки, Брискаль Неповторимый ответил:

— Я очень сожалею о болезни нашего дорогого профессора, ведеор Шорднэм. Передайте ему мое пастырское благословение и искреннейшее пожелание здоровья. Я буду счастлив навестить профессора позже и побеседовать с ним, но в настоящее время я приехал по делу, которое касается последнего замечательного открытия, совершенного нашим дорогим профессором, и которое не терпит ни малейшего отлагательства. Если вы действительно являетесь его восприемником, ведеор Шорднэм, я буду вам очень признателен за получасовую беседу.

— Прошу садиться, ведеор гросс.

Шорднэм указал сыну божьему на кресло и, подождав, пока он сядет, расположился в другом кресле.

— Я слушаю вас, ведеор гросс, — сказал он спокойно и устремил на гирляндского первосвященника чуть насмешливый взгляд своих чистых голубых глаз.

— Я не люблю излишних длиннот, ведеор Шорднэм, — заявил для начала сын божий.

— Я тоже не любитель многословия, — тотчас же отозвался бородач.

— В таком случае я прямо приступлю к делу! — оживился Брискаль Неповторимый — Мне стало известно, ведеор Шорднэм, что профессору Нотгорну удалось открыть в человеческом организме некие клетки, которые являются прямыми носителями души, или же, по-вашему, сознания. Кроме того, я был невольным свидетелем удачного эксперимента по переселению этих клеток из одного тела в другое. Я имею в виду эксперимент «Маск — Бондонайк». Если я не ошибаюсь, ведеор Шорднэм, душа композитора несколько дней продержалась в молодом теле?

— Совершенно верно, ведеор гросс. После пересадки ментогенов в организме Фернола Бондонайка ровно четыре дня превалировало сознание Гионеля Маска. Потом это явление прекратилось, и в мозгу Бондонайка восстановилось его собственное сознание, уже обогащенное всеми признаками интеллекта великого композитора. Это был процесс абсолютно естественный и закономерный.

— Вот именно, естественный и закономерный!.. Но скажите, ведеор Шорднэм, существует ли возможность добиться того, чтобы переведенная душа превалировала, как вы говорите, постоянно в новом организме, не подвергаясь опасности быть в ней, так сказать, рассосанной?

— В принципе это возможно. Но кому это нужно, ведеор гросс? Ведь это было бы равносильно антропофагии!

— Почему антропофагии?! Если найдется человек, который добровольно согласится…

— Быть съеденным?

— Ну что вы! Просто согласится уступить свое тело за определенное вознаграждение в пользу семьи, детей… Ведь у нас, в Гирляндии, ежегодно две тысячи человек кончают самоубийством. Это проверенные статистические данные. Из этих двух тысяч — да, да, я специально интересовался! — более половины совсем молодых людей! Зачем же им погибать так вот без толку, если они могут принести пользу семье, обществу, отчизне!