— Я сказал премьер-министру, что в следующий раз мы привезем свой собственный соус, если ему слишком сложно запастись едой, чтобы удовлетворить предпочтения гостей. По сути, это была не его вина, но он должен понимать, что я не буду терпеть плохое отношение к нашим сотрудникам, даже со стороны знаменитого шеф-повара.
Поджатые губы тут же изогнулись в соблазнительной улыбке.
— Хотела бы я это увидеть. И спасибо, что поддержал. Ты знаешь, что со мной происходит, когда я вижу несправедливость.
Она ее не терпела. Ей приходилось сражаться не только за себя, но и за окружающих. Августина, Ледяная королева.
— Я знаю. — Он посмотрел на часы и вздохнул. — Через десять минут прибывает Зак. И мир вокруг превратится в хаос.
Она улыбнулась, первая настоящая, искренняя улыбка, которую она подарила ему за последние годы. Ему словно дали под дых.
— О, все может быть даже хуже, чем ты думаешь. Мамочка и папочка все еще в ссоре.
— Что? Зак утверждает, что все в порядке. Случилось ли что-то, чего я не знаю?
Тина вторглась в его пространство, взяв его за галстук.
— Подожди. Ты неправильно его завязал. Слишком коротко для этого костюма. Нельзя, чтобы великий Роман Колдер выглядел не идеально.
Да, у него было сердце. Оно бешено стучало у него в груди, потому что она коснулась его впервые за многие годы. Тина всегда была осторожна. Даже когда они вместе работали до поздней ночи, она прилагала всевозможные усилия, чтобы держать между ними дистанцию. Теперь девушка приблизилась, и он почувствовал прикосновение ее груди к его, когда она поправляла его галстук.
— Что происходит между Заком и Лиз? — повторил он, оставаясь совершенно неподвижным под ее руками. Он не хотел давать ей повод останавливаться. Будучи так близко к ней, он чувствовал тепло ее тела, чувствовал нежный аромат цитрусов. Желание горячило его кровь.
Она умелым движением завязала галстук.
— Ну, после многих лет флирта твой мальчик вдруг решил, что больше не хочет мою девочку. Это похоже на ситуацию, когда тебя бросают — и бросают жестко — когда ты меньше всего этого ждешь, а тебе даже не было хорошо настолько, чтобы последующее расстройство стоило того.
Роман должен был защищать лучшего друга. Он также должен был продолжать притворяться, чтобы Тина не догадалась о реальной причине, по которой Зак отдалился от своего пресс-секретаря.
— Мне жаль, что Лиз обижена, но сомневаюсь, что Зак когда-либо давал повод подумать, что их отношения были чем-то большим, чем просто профессиональными. Наверное, мне следует меньше удивляться тому, что у Лиз к нему возникли чувства. Полагаю, Зак обладает определенным шармом, и я знаю, что многие женщины воспринимают это как вызов. Тем не менее, для него она всегда была лишь коллегой.
Ее руки не перестали двигаться, но внезапно девушка подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Роман беспокоился, что она могла видеть его насквозь.
— В самом деле? Очень интересно, ведь я наблюдала за ними в течение последних нескольких лет. Он тянется к ней так же часто, как и она к нему. Но полагаю, что мои инстинкты не так точны, когда дело доходит до Истинных Джентльменов. — Она выпустила галстук и попыталась сделать шаг назад.
Стиснув зубы, Роман нежно схватил ее за руки.
— Это не то же самое, Августина. То, что происходит между Заком и Лиз, совсем не похоже на то, что произошло между нами. Зак никогда ее не трогал. Не сравнивай его со мной. Он не плохой парень.
— А ты, значит, да? Так или иначе, я не думаю, что ты смотришь на вещи таким образом.
Он знал, что должен отпустить ее, знал, что прикасаться к ней было опасно, но не мог заставить себя отступить. Впервые за тринадцать лет она смотрела на него. Она давала ему возможность объясниться.
Разве все эти годы он ждал не этого? После той ночи он снова и снова пытался ей дозвониться. Она поменяла номер, и он убедил себя, что это к лучшему. В следующий раз, когда они увиделись, она была так холодна, что Роман решил, будто все воспоминания о теплоте ее улыбок и горячих объятиях были ложными. С тех пор пролетело больше десяти лет. Мужчина думал, что пережил их связь. Он даже убедил себя, что влюбился в другую женщину. Позже он планировал заключить брак. Раз или два ему в голову действительно приходила мысль завести семью. Он полагал, что, когда станет старше, это будет неизбежно. Может, воспитать детей будет вовсе не так ужасно. Возможно, он достаточно повзрослел, чтобы стать порядочным отцом. Роман не был уверен.
В чем он был чертовски уверен так это в том, что он был здесь с Августиной. Круг замкнулся.
— Я считаю себя человеком, который причинил тебе боль, хотя и не хотел этого.
Она отступила, разрывая их связь со смехом, который прозвучал совсем не весело.
— Роман, это было целую вечность назад. Я уже давно об этом не вспоминала.
Для него это было сигналом вздернуть подбородок и кинуть фразу, что он вообще давным-давно об этом забыл. По крайней мере, так бы он поступил раньше. До смерти Джой. До того, как они потеряли Мэда. Пережив все это и осознав, что жизнь может оборваться в любой момент, мужчина стал менее воинственным.
— Я много думаю об этом. В последнее время — постоянно.
Ее глаза вспыхнули, верный признак того, что ее удивили. Было приятно узнать, что у него все еще это получается.