И не ему одному.
— Налей и мне.
Эта неделя будет долгой.
Глава 2
Обычно Риджентс-парк представлял собой безмятежный зеленый океан, а главный дом поместья с его взмывающей ввысь георгианской архитектурой дарил Роману ощущение умиротворения. Но не сегодня. Из окна верхнего этажа он смотрел на море нетерпеливых репортеров, освещавших предстоящий визит президента в Лондон. Их толпа была настолько плотной, что даже было невозможно разглядеть чертов газон.
Конечно, все эти камеры и крики были не единственными причинами, по которым Роман не мог успокоиться.
— Я удивлена, что ты не уехал в аэропорт встретить Зака. Может, ты так и не думаешь, но я способна присмотреть здесь за всем. Ничего страшного бы не случилось. — Тина не сводила глаз с толпы, даже не взглянув на него.
Она не смотрела ему в глаза с тех пор, как они прилетели. С любой другой женщиной он воспринял бы ее опущенный взгляд как форму подчинения. И, вероятно, наслаждался бы этим. С Тиной отсутствие визуального контакта было просто способом сказать ему, что он не стоит ее времени. Всю неделю, даже когда их заставляли работать бок о бок, она заставляла его чувствовать огромную пропасть между ними.
Это сводило Романа с ума.
— Не хотелось стоять в лондонских пробках. Коннор следит за тем, чтобы прибытие Зака прошло гладко. Это подарит мне несколько лишних минут тишины и покоя, пока здесь не начнется хаос. — Прежде чем он сможет тихо улизнуть, потому что все внимание будет направлено на президента.
— Ах, хорошо, тогда я оставлю тебя в покое, — пробормотала девушка, отступив назад.
Он так устал от того, что каждое сказанное им слово было истолковано наихудшим образом.
— Я не просил тебя уйти. Просто отвечал на вопрос.
Она остановилась, а затем развернулась на этих необычайно сексуальных шпильках, которые носила сутки напролет. Даже когда она была в повседневной одежде, эти туфли с красной подошвой выглядывали из-под джинсов, отчего ее ноги казались невероятно длинными. Еще хуже было, когда она надевала эти туфли на шпильке с такими маленькими шортиками, что их следовало объявить вне закона. Увидев ее в таком образе, Роман не мог думать ясно.
— Но ты ищешь спокойствия, а мы все знаем, что я плохо сочетаюсь с этим словом. — На ее лице появилась недовольная гримаса, но она все еще оставалась одной из самых великолепных женщин, которых ему когда-либо доводилось видеть.
Среди всей этой роскоши она чувствовала себя как дома. Обычно президент останавливался в Уинфилд-Хаусе, но сейчас там проводились ремонтные работы, поэтому им предложили этот особняк в центре Лондона. Он практически видел Августину в одном из этих викторианских платьев, приличных и благопристойных, как и ее имя. Но он знал, какой неистовой она могла быть под этой чопорной оболочкой. В последнее время ему не раз закрадывался в голову вопрос, сможет ли он снова заставить ее гореть. Сможет ли растопить лед между ними.
Опасные мысли.
— Неправда. Думаешь, я не заметил, какие усилия ты приложила для того, чтобы все прошло без сучка и задоринки? Ты надрывалась всю неделю ради того, чтобы Заку было удобно, когда он сюда доберется. Я это знаю. — Она думала, что он ее вообще не замечал?
— Ах, но я делала это не ради Зака.
Конечно, нет. Зак мог быть авторитетной фигурой, но технически Тина работала не на него.
— Ты делала это для Лиз.
Ее волосы были уложены в идеально растрепанный пучок. На других женщинах это могло бы выглядеть неряшливо, но мягкие пряди соблазнительно обрамляли ее лицо, привлекая внимание к глазам и пухлым губам.
— Да. Она мой босс. Я выполняла свою работу. Не думай, что это было что-то большее.
Почему ей приходилось строить из себя крутую девчонку рядом с ним? Если что он и понял за последние несколько месяцев тайн, лжи и смерти, так это то, что скучал по Августине. Он скучал по ней в постели, скучал по страсти, которая когда-то полыхала между ними, но больше всего он скучал по дружбе с ней. Роман знал, что в долгосрочной перспективе им ничего не светит, но разве кто-то из них стремился к «жили долго и счастливо»? Они были женаты на своих работах.
— Значит, присматривать за Ларой — всего лишь твоя работа? Нанимать нового шеф-повара в номер 10 — это твоя работа?
Номер 10 был разговорным термином для обозначения Даунинг-стрит, дом 10, резиденции премьер-министра Великобритании. Они несколько раз посещали номер 10 для предварительных встреч и для того, чтобы подготовить все к визиту президента. Естественно, Тина завела друзей. Если называть другом кого-то могущественного, кто хотел ее убить.
Она сжала зубы и ткнула пальцем в его сторону.
— Тот гребаный повар заставил одну из моих девочек плакать, из-за того, что она попросила подать заправку отдельно. Я понимаю. Он какой-то волшебник с двадцатью степенями по кулинарии, но девочка всего лишь хотела немного чертового соуса. Претенциозный ублюдок. — Она глубоко вздохнула. — Тебе пришлось разбираться с последствиями? Мне жаль. Честно говоря, я не думала, что премьер-министр вмешается.
Шеф-повара застали, когда он орал на одну из ассистенток и угрожал уволиться, если ее не выставят прочь. Пока он наблюдал за тем, как Тина ставит этого невероятно грубого парня на место, у него встал. При виде того, как она обнимает тридцатилетнюю выпускницу Гарварда, которую называет одной из своих «девочек», у него сжалось сердце… А разве оно у него было? О, он знал, что с физиологической точки зрения у него было сердце. Ему пришлось выслушать от врача целую речь о том, как его диета может его убить. Но было ли у него сердце с эмоциональной точки зрения?
Роман покачал головой.