Сборник "Майрон Болитар + Отдельные детективы". Компиляция. Книги 1-23: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лекс не ответил. У Майрона зазвонил сотовый. Он украдкой бросил взгляд на экран и увидел, что это отец. Майрон вышел из палаты и поднес телефон к уху.

— Да, папа?

— Я слышал по радио про Сьюзи. Это правда?

— Да. Я сейчас в больнице.

— Мои соболезнования.

— Спасибо. Знаешь, у меня сейчас со временем…

— Когда освободишься, сможешь заехать домой?

— Когда, сегодня?

— Да хорошо бы.

— Что-нибудь случилось?

— Мне просто нужно с тобой кое о чем поговорить. Насчет времени не беспокойся. Я не лягу.

18

Уезжая из больницы, Майрон напоследок сыграл в адвоката и наказал Лорен Мьюз не общаться с его клиентом Лексом Райдером без юридического посредника. Она ответила в том роде — хотя и не в этих конкретных выражениях, — что его помощь будет неоценимой и многосторонней. Появился Уин с Эсперансой. Уин передал содержание своей встречи с Фрэнком Эйком в тюрьме. Пока Майрону было непонятно, что из нее можно извлечь.

— Может, стоит пообщаться с Германом Эйком? — предложил Уин.

— А может, с Гэбриелом Уайром, — сказал Майрон и повернулся к Эсперансе. — И еще надо заняться нашим общим любимцем — учителем французского: проверить, где был Краш в момент смерти Сьюзи.

— Ладно, — кивнула Эсперанса.

— Подвезти тебя домой? — спросил Уин.

Майрон покачал головой. Ему надо было собраться с мыслями. Вернуться к началу. Возможно, Мьюз права. Возможно, это был просто передоз. Вчерашний вечер на террасе, выходящей на Манхэттен, все эти разговоры о тайнах, о вине перед Китти, о прошлом — может, это пробудило старых демонов. Вот и разгадка, все очень просто.

Майрон сел в машину и поехал к себе в Ливингстон. По дороге он позвонил отцу, предупредил, что скоро будет. «Не гони», — сказал тот. Майрон надеялся, что, может, отец хоть намекнет, о чем хотел поговорить с ним, но так и не дождался. По радио уже сообщили о смерти «бывшей, так и не взошедшей теннисной звезды Сьюзи Ти», и Майрон в который уже раз подивился умению журналистов все сбить в одну пустую фразу.

Когда Майрон притормозил у знакомого дома, было уже темно. Свет в спальне на втором этаже — их общей с Брэдом детской — горел, и Майрон поднял голову. В глаза ему бросилась выцветшая переводная картинка, выпущенная местной пожарной охраной в начале президентского срока Картера. На картинке был изображен бравый, с выдающимся вперед подбородком пожарный, выносящий из горящего дома обессилевшего ребенка с длинными волосами. Теперь бывшая детская превратилась в рабочий кабинет.

Фары машины выхватили надпись на доме Насбаумов: «Продается». Майрон учился в школе вместе с их сыном Стивом, которого, впрочем, все называли либо Насом, либо Баумом, славным малым, который по-настоящему нравился Майрону, но с которым он почему-то так и не сдружился. Насбаумы принадлежали к тем первым семьям, которые поселились здесь, когда пустошь сорок лет назад превратилась в жилой поселок. Им здесь нравилось. Нравилось ухаживать за садом, сажать всякие овощи и неторопливо строить беседку позади дома. Они угощали Болитаров помидорами со своего огорода, и если вам не довелось отведать помидоров, выращенных в Нью-Джерси в августе, вы очень много потеряли. И вот теперь даже Насбаумы покидают эти края.

Майрон оставил машину на подъездной дорожке. Он уловил какое-то движение в окне. Отец, наверное, наблюдал за ним — вечный, ни слова не произносящий часовой. Когда Майрон был подростком, для него не устанавливали комендантский час, потому что, говорил отец, сын своим поведением показывает, что не нуждается в нем. Эл Болитар спал очень мало, так что, в какой бы час Майрон ни возвращался домой, он заставал отца бодрствующим. Отец был большим аккуратистом: перед тем как отойти ко сну, все следовало расставить по местам. Интересно, подумал Майрон, верен ли он до сих пор своим привычкам и как у него стало со сном, когда младший сын оставил дом вместе с Китти, да так и не вернулся.

Сьюзи больше нет. Майрон никогда не закрывал глаза на действительность, но в данном случае никак не мог заставить себя привыкнуть к тому, что случилось. Она вот-вот должна была перевернуть новую страницу в своей жизни — стать матерью. Он часто представлял себе те дни, когда здесь поселились его родители — отец трудился у себя на фабрике, мать была беременна. Он рисовал в воображении молодого отца, шедшего по бетонной дорожке, сложив, как обычно, на груди руки. Вглядываясь в недостроенный дом, он, наверное, думал о том, что в этих новых стенах будет жить со своей семьей, здесь поселятся их надежды и мечтания. И вот теперь, оглядываясь назад, спрашиваешь себя: осуществились ли они, или остались одни разочарования.

Скоро Майрон и сам женится. Детей у Терезы не будет. Это он знает. Он прожил всю жизнь, строя в воображении семью американской мечты — дом, обнесенный частоколом, гараж на две машины, дети (в среднем, по статистике, два и четыре десятых на семью), барбекю на участке, баскетбольное кольцо в гараже — словом, все как у соседей: Насбаумов, Браунов, Лайонов, Фонтерасов. И у Болитаров. Но всему этому явно не дано было осуществиться.

Мама, особо не раздумывая, правильно сказала, что дом надо продать. Ни к чему не следует привязываться слишком сильно. Он хотел, чтобы Тереза была дома, рядом с ним, поскольку в конечном счете, как ни избито это звучит, только любимый или любимая могут заставить забыть обо всем мире.

Майрон неторопливо брел по бетонной дорожке, погруженный в свои мысли. Может быть, поэтому он слишком поздно уловил опасность. А может, нападавший был умел и терпелив: притаившись в темноте, он выжидал, пока Майрон приблизится либо отвлечется на что-то и не сможет подготовиться к атаке.

Сначала вспыхнул свет. Двадцать лет назад отец установил перед домом детектор, реагирующий на движение. Родители не могли нарадоваться на свое приобретение, как будто это было открытие электричества или кабельного телевидения. Неделями они испытывали новый прибор — отец специально подходил или даже подползал к дому с разных сторон и с разной скоростью, выясняя, можно ли обмануть детектор. И когда всякий раз свет вспыхивал, сигнализируя о чьем-то приближении, родители заливались веселым смехом. Простые радости.

Вот и того, кто выскочил из кустов — кто бы это ни был, — детектор засек. Майрона ослепила вспышка, он услышал какой-то шум, порыв ветра, даже, кажется, слова. Он повернулся в ту сторону и увидел направленный на него кулак.

Нырнуть времени не было, перехватить удар — тоже. Оставалось действовать в соответствии с наукой: двигаться не против, а в одном направлении с ударом. Майрон отклонился, и это движение уменьшило силу мощного удара, явно нанесенного физически очень развитым человеком. На мгновение в глазах вспыхнули искры. Майрон потряс головой, пытаясь прийти в себя.

— Оставь нас в покое, — прорычал чей-то голос.