Lаdу bluе. Lоvеmеtоо…
В другой раз, на восьмое ли марта, на первомай ли, снова собралась компашка в комнате Артёма.
Уже было далеко за полночь.
Уже было выпито изрядно.
Уже перебрали последние общажные сплетни.
Играл магнитофон.
Оh, lаdу lеnd уоur hаnd оutright.
Аnd lеt mе rеst hеrе аt уоur sidе.
«Наvе fаith аnd trust in реасе» shе sаid.
Аnd fillеd mу hеаrt with lifе.
— Артём, включи другую!
— Какую?
— Ну, ту! — Славка пытался вспомнить исполнителя и… вспомнил — Где Федя плачет!
Федя гулял с другой компашкой, и все засмеялись.
Так и пошло с тех пор — «Включи, где Федя плачет!» — хотя уже все знали и название песни, и исполнителя.
Федя, если он тоже гулял в компашке, вдруг, оказавшись в центре внимания, смущённо улыбался.
Артём нажал кнопку…
… Dоn't mаkе mу hеаrt сrу.
Lаdу bluе. Lоvе mе tоо.
Lаdу Вluе. Оnlу lоvе саn sаvе mе.
Rеsсuеmеfrоm..
Георгий вернулся в комнату, разделся и, откинув покрывало, лёг.
Уже засыпая, услышал, как скрипнула дверь и Славка, запнувшись о порог и чертыхнувшись, прошёл в комнату и лёг на одну из свободных кроватей.
Георгий проснулся и, потягиваясь, достал с тумбочки часы — 8:15.
«Рановато, ещё минут 30–40» и повернулся на бок.
Но сон уже улетучился и, взяв «Обрыв», читал лёжа.
Через 12 минут, чувствуя, что сон ушёл окончательно, отложил книгу и встал.
Сходив в туалет, зашёл в умывальник.
В умывальнике был Аркадий из 201 комнаты. Ему было под сорок и в комнате он жил один. Аркадий долго и тщательно мыл с мылом кружку и ложку. Закончив, отнёс в комнату и, вернувшись, стал также тщательно и с мылом отмывать руки. На этаже все знали, что у Аркадия фобия: он мыл руки перед тем, как зайти в туалет и после. Дойдя до двери своей комнаты и открыв её, возвращался и снова мыл руки. Дверь в комнату закрывал, взявшись за ручку через полотенце. Выйдя из комнаты и закрыв дверь на ключ, заходил в умывальник и тщательно отмывал руки, а потом долго стоял и тряс руками до высыхания.
Как-то раз, Георгий, насчитал семь помывок рук за один сеанс и, не выдержав пытки, ушёл из умывальника.