И находит её плачущей, прислонившейся к дереву.
Он садится перед ней на корточки. И выглядит при этом так, будто боится прикоснуться к ней, боится её оставить.
— Я сделал что-то не то? — осторожно спрашивает он.
Да. Ты влюбил меня в себя.
— Нет, извини, я не хотела, чтобы Лея вышла и увидела меня… в таком виде.
Бен кивает, как будто в этом есть хоть какой-то смысл. А она делает глубокий вдох и продолжает.
— Ты же помнишь, как прошёл мой день рождения на прошлой неделе? — тихо спрашивает она. С лёгкой улыбкой Бен кивает. — Хочешь знать, что я загадала?
Улыбка Бена исчезает, но он снова кивает.
— Мне бы хотелось стать кем-то другим, кем-то, кто совсем тебя не знает.
Бен садится, ноги под ним подгибаются. Он тяжело вздыхает.
— Потому что тогда я могла бы встретить тебя, и мы могли бы… — она давится рыданиями. — Или я никогда бы тебя не узнала. И мне никогда не пришлось бы так страдать.
— Рей, — говорит Бен. — Ты же знаешь, мы не можем…
— Знаю, — выплёвывает она, и в этом слове столько сарказма, что он моргает, немного отстранившись. — Я ни о чём тебя не прошу, Бен. Я делаю именно то, что обещала тебе, но мне нужно, чтобы ты знал, как сильно меня это бесит.
— Меня тоже, Рей, — говорит он.
Разве? Правда что ли? В конце концов, это его выбор.
Она издаёт злой смешок.
— Я всё думаю, что было бы намного лучше, если бы тогда я оказалась в машине с отцом…
Бен встаёт так резко, что она замолкает. Он ударяет кулаком по стволу дерева, у которого она сидит, и кричит. От этого ужасного звука кровь стынет в жилах. Так кричат умирающие животные.
— Не смей. Никогда, блять, не говори мне такого.
Печаль Рей перерастает в гнев, она тоже подскакивает, тесня его.
— Почему нет? Это правда. В последнее время я только об этом и думаю. Если бы ты любил меня так же, как я люблю тебя, ты бы не… Ты бы…
— Я бы что, Рей? — теперь он выглядит взбешённым. — Скажи мне, что бы я сделал?
— Ты бы меня не отталкивал, — она пожимает плечами, по её лицу текут слёзы. — Если бы ты чувствовал то же, что и я, всё это не имело бы никакого значения.
— Так вот что ты думаешь? — спрашивает Бен, и он тоже плачет. — Ты думаешь, я делаю это, потому что не люблю тебя? Ты что, прикалываешься надо мной? Знаешь, для кого-то столь умного, ты можешь быть грёбаной дурой.
Рей бледнеет.
— Да пошёл ты нахер, Соло! — огрызается она.
— Рей, — мягче и отчаяннее говорит Бен. Он снова прикасается к ней, берёт её лицо в ладони. — Мы потеряем всё, неужели ты не понимаешь? Они выгонят нас обоих, как только узнают. Они не настолько заботятся о нас, чтобы просто выслушать. Я поступаю так ради тебя! Ты даже не представляешь, Рей. Понятия не имеешь. Ты хочешь остаться бездомной? Хочешь, остаться без денег на колледж? Хочешь потерять единственную семью, которая у тебя осталась? Мы станем посмешищем, позором для всей семьи. Даже бабушка не захочет с нами разговаривать. Я пытаюсь защитить тебя.
— Мне всё равно, — просто отвечает Рей. Она понимает, что Бен прав. Но её это не заботит. — Нет, мне похер на всё, кроме тебя.
— Я пытаюсь защитить нас обоих, — шепчет он.
Она так сильно дрожит, что даже прикосновению Бена не под силу её успокоить.