— Это не твоё дело. Пережил, как видишь. Но и помогать ей больше не стану, других дел у меня нет, что ли? В общем, отстань от меня с этим, Марго, — и Алекс бросил трубку.
Марго ещё пару минут посидела, вертя в пальцах мобильный и представляя, как разозлился Призрак. Это прозвище, кстати, тоже прилепила ему Мэри — за привычку возникать не там и не в то время и делать это неожиданно для всех. Их странные отношения напоминали чечётку на жерле проснувшегося вулкана — Алекс никак не мог поверить в то, что есть женщина, никак не желающая поддаваться его чарам и не признававшая за ним главенства. Мэри была для него слишком сложной, его это страшно злило и толкало на разные безумные поступки, однако с фактами не поспоришь — Мэри оставалась неприступной. Марго знала, что на самом деле подруга не такая уж холодная, напротив — в ней всегда бурлило множество эмоций, но в случае с Алексом что-то пошло не так, и она с упорством отвергала все его попытки сблизиться. Причина была банальной — Мэри никак не хотела становиться между ним и Марго, и никакие доводы её не убеждали. Марго клялась, что никогда больше не вернётся к бывшему мужу, с которым рассталась уже давно, успев за это время снова выйти замуж и снова разойтись. Алекс был уже воспоминанием, старым приятелем, человеком, умевшим решить её проблемы, — но и только. Однако Мэри видела в этом что-то другое и не хотела рвать эту связь, не хотела быть причиной их окончательного разрыва.
Марго знала, что Алекс, переварив полученную информацию, никуда, разумеется, не денется и в случае крайней опасности непременно поможет, просто не в его правилах сразу соглашаться, он всегда любил напустить на себя флёр таинственности, загадки и некой неприступности. Такая игра, что поделаешь…
Но тревога за Мэри росла. Она так часто возвращается домой поздно, всегда одна — кто знает, чем это может обернуться. Марго было решила выходить по вечерам вроде как на прогулки, а заодно встречать подругу, но быстро поняла, что Мэри это не понравится, она сразу поймёт, в чём причина такой внезапной любви к вечернему променаду. Нет, это не годилось… И, как назло, Джефа не было в городе, его даже в стране, кажется, не было, но об этом Марго предпочитала не думать. Он мог уехать на родину, в Ирландию, мог оказаться где угодно.
Было уже около двух часов ночи, Марго всё ещё крутилась в постели, мучаясь от бессонницы, когда в дверь позвонили. «Кто это?» — холодея внутри, подумала Марго, спуская ноги с кровати и нашаривая тапочки. Всё тело стало словно ватным от ужаса, голова закружилась, а во рту противно пересохло, казалось, даже язык прилип к нёбу. На цыпочках добравшись до двери, она осторожно отвела металлический кружок, закрывавший отверстие глазка, — на площадке стояла Мэри в тёплом халате и с банным полотенцем на голове.
— О, господи… — пробормотала Марго с облегчением и защёлкала замками: — Мэрик, ты чего?
— Прости, что без звонка и среди ночи, — процедила подруга, входя в квартиру.
— Случилось что-то?
— Не знаю, Марго… мне очень страшно. Такое чувство, что за мной и дома наблюдают.
— Седьмой этаж, Мэри… Ты никогда не раздвигаешь портьеры на окнах, не любишь дневного света…
— А ощущение такое, что на меня в прицел смотрят, — пожаловалась Мэри, обхватив себя за плечи.
Слово «прицел» особенно не понравилось Марго и мгновенно связалось в одну цепочку с её сегодняшним звонком Алексу, но она отогнала от себя эту мысль — нет, он не мог появиться здесь так быстро. Да и вообще неизвестно, где он сейчас — в Англии, в Австрии или, может, в Таиланде, куда любил улететь на месяц-другой осенью.
— Мэри, тебе бы поспать. Я сейчас на диване постелю… или, хочешь, пойдём ко мне, всё-таки вдвоём не так страшно? Мы сто раз спали в одной кровати.
— Не в кровати дело, Марго… как жить? Если бы понять, в чём дело… а так… чувствую себя загнанным зайцем — вот-вот из-за куста вынырнет гончая и вцепится в меня зубами…
Марго обняла подругу, подхватила упавшее с мокрых рыжих волос полотенце:
— Ничего, малыш, мы и это переживём. Будем надеяться, что и в этот раз ведро с краской мимо пролетит. Помнишь? — Марго развернула Мэри к себе лицом и слегка встряхнула: — Помнишь? По Новокузнецкой шли с тобой…
Мэри как-то вымученно улыбнулась:
— Это просто было не наше ведро, Марго.
— Да — определённо, оно караулило того парня в новых джинсах, рядом с которым и упало. А по теории вероятности должно было упасть аккурат в тот момент, когда мы проходили бы под этим козырьком, который маляры красили.
— Парень обошёл нас по части нечистой кармы…
Не выдержав, обе рассмеялись. Такие ситуации, граничившие часто с курьёзом и абсурдом, происходили в их жизни с завидной регулярностью. То они садились в такси к глухонемому таксисту и битый час колесили по Москве, не умея объяснить ему ни маршрута, ни желания выйти. То ухитрялись заблудиться на машине в Химках, поймать такси и потом на такси же вернуться и на глазах изумлённого водителя сесть в собственную припаркованную машину и поехать прочь. Мэри однажды, когда ещё не жила в Москве, везла Марго из своей Сибири лекарственную траву, с беспечностью сунув пакет в ручную кладь. Естественно, на контроле её остановили, и она, совершенно не понимая, что происходит, заявила на вопрос милиционера «Что везёте?»:
— Как что? Траву.
И когда блюститель порядка, вытирая вспотевший от волнения лоб, поинтересовался вторично, подтвердила без тени сомнения:
— Сказала же — траву.
— Впервые вижу такую наглость, — ошарашенно заявил немолодой милиционер, в упор разглядывая рыжеволосую девицу в узких джинсах и замшевых ковбойских сапогах. — Чтобы мало того, что везёт в открытую, так ещё и сама об этом заявила.
Мэри, почуяв неладное, захлопала глазами:
— А что не так?
— Девушка, милая, да вы что? — взмолился милиционер. — Вы серьёзно или издеваетесь?
И тут вмешалась сотрудница аэропорта:
— Михалыч, да брось ты! Это ж сбор лекарственный, для иммунитета! Я сама такой пью, могу в дежурке показать, с собой таскаю.