В следующее мгновение он поднялся — с торжественным выражением лица, сложив руки, словно для молитвы.
— Что происходит? — надменно отчеканил он. — Я желаю знать, по какому праву этот китаец вызвал меня сюда. Возможно, вас не затруднит просветить меня на сей счет.
— Да, скорее всего, мы сможем вам помочь.
— Когда мне нужна помощь, сэр, я имею обыкновение сам об этом просить. В настоящее время я в ней не нуждаюсь. Все ваше поведение указывает на то, что вы слишком много себе позволяете. Насколько я понял со слов этого китайца, я являюсь невольным свидетелем какого-то религиозного обряда.
— Мы представляем собой спиритуалистический кружок.
— В высшей степени вредная секта. Крайне порочная практика. Как скромный приходской священник я протестую против подобного богохульства!
— Ваши узколобые взгляды связывают вас по рукам и ногам, и от этого страдаете только вы сами. Мы хотим вас освободить.
— Я страдаю? Что вы имеете в виду, сэр?
— Сознаете ли вы, что отправились на тот свет?
— Что за чушь!
— Разве вы не знаете, что вы мертвы?!
— Если бы я был мертв, то как бы я смог с вами говорить?
— Ваш дух использует тело этого господина.
— Ну конечно, теперь все ясно — я попал в сумасшедший дом.
— Да, это действительно сумасшедший дом — для таких тяжелых случаев, как ваш. Вы счастливы там?
— Счастлив? Ну нет. Мне даже непонятно, где я нахожусь.
— Помните ли вы, что были больны?
— Да, я был серьезно болен.
— Настолько серьезно, что в конце концов умерли.
— Определенно, вы сошли с ума!
— Почему же вы так уверены, что живы?
— Сэр, я должен дать вам несколько религиозных наставлений. Если умирает человек, проживший праведную жизнь, то его душа обретает достойную оболочку и соединяется с ангелами. Я же пока нахожусь в своей земной оболочке, в месте, крайне однообразном и скучном. Хотя существа, в компанию которых я попал, не имеют ничего общего с теми людьми, с которыми я привык иметь дело в жизни, но и ангелами их тоже не назовешь. Так что ваше абсурдное предположение не имеет под собой никаких оснований.
— Перестаньте обманывать себя. Мы хотим вам помочь, но вам придется маяться в том мире до тех пор, пока вы не осознаете своего положения.
— Вы испытываете мое терпение. Разве я не сказал вам, что… — С этими словами медиум повалился на диван, а через несколько мгновений вновь возник в образе китайца-поводыря — с загадочной улыбкой на устах и втянутыми в рукава руками.
— Хороший человек… Неумный человек… Скоро все поймет. Вызвать еще раз. А сейчас — не терять время. О боже мой! Помогите! На помощь! Спасите!
Он повалился навзничь на диван, его тело вытянулось, а крики были настолько ужасны, что все собравшиеся вскочили со своих мест.
— Пилу! Скорее несите пилу! — завопил медиум, но его крик перешел в стон.
Даже Мейли был взволнован; остальные стояли, объятые ужасом.
— В него кто-то вселился, но я не могу понять кто. Наверно, какой-то дух, несущий мощный заряд зла.
— Может быть, мне с ним заговорить? — спросил Мейсон.