— Что? — спросил Велиал. — Я не ослышался? — он отвёл глаза от огромного дракона и уставился на второго по значимости лорда бездны. — И как такое возможно? Он же не демон.
— Возможно, когда проснулась кровь матери, носителя спящего гена древних.
— Не может быть.
— Ещё как может. Глаза ни тебя, ни меня не обманывают, — ответил демон, одним махом расплавляя решётку, которая жидким металлом стекла на каменные плиты пола.
Ослепительная вспышка озарила зал башни, заставив всех зажмуриться. Когда яркое свечение погасло, перед воинами предстал в белых одеждах с расправленными крыльями ещё один незримый соглядатай битвы.
— Гадриэль, Божественный воин света. Давно не виделись, — махнул рукой демон в знак приветствия, а затем обеими руками выдернул штыри из тела Вестара.
Маг не удержался на ногах и упал прямо на руки перевоплотившегося в человека Яса-Кейрана.
— Да чтоб вас подбросило и кинуло! Как же больно, — недовольно выдал он.
— Этот металл лишает не только магии, но и сил. Неудивительно, что тебе плохо, — произнёс спокойно Гадриэль.
— Ну, и чего вы все застыли? Перед вами представители Высшего совета добра и зла, — пробурчал Вестар. Приветствуйте.
— Так ангелы существуют! — воскликнула Малика, которую отпустили шимори, предпочтя место у тёплой стены.
— Ну, в другом мире нас так называют. Здесь же мы крылатые вестники Творца.
— А демоны и здесь демоны, — кокетливо улыбнулась она.
— В точку. Так, кажется, говорят люди.
Малика, растирая заледеневшие руки, направилась к алтарю, на котором лежала дочь.
— Вы можете ей помочь? — спросил Тарик, указывая на неподвижное тело супруги. — Можно её безболезненно вывести из этого состояния?
— Насчёт безболезненно сомневаюсь, но… Асмодей, очисти девушку от тёмного зелья, — произнёс Гадриэль.
— Раскомандовался, — огрызнулся демон, но всё-таки подошёл вместе с Тариком к алтарю.
Тарик с нежностью провёл по светлым спутавшимся волосам Арлетты.
— Потерпи ещё немного. Скоро сможешь обнять мать.
Асмодей стал совершать светящимися в полутьме руками круговые пассы над распростёртой на камне девушкой. Вдруг Арлетту выгнуло дугой, несколько раз колотнуло в воздухе, а потом тело резко расслабилось и упало на алтарь. Повернув голову на бок, она зашлась в кашле, выдыхая серый дым.
— Мама, — прошептала она. — Привет, Тарик. Вы всё-таки пришли за мной.
Малика тут же обняла дочь и беззвучно заплакала. Тарик же крепко сжал руку супруги, стараясь приободрить. Тонкие пальцы дрогнули в его широкой ладони, принимая такую нужную сейчас поддержку.
— Яс-Кейран, — обратился посвящённый к эльфару, — уйми холод. А то замёрзнут не только шимори, но и мы все окоченеем.
Повелитель снегов криво улыбнулся, закрыл глаза и раскинул в стороны руки ладонями вверх, вдыхая полной грудью морозный воздух. Сначала ничего не происходило, но вдруг холод отступил. Лёд, что образовался коркой на стенах, стал исчезать на глазах. Затем Яс снова открыл глаза, тряхнул руками и кивнул, предлагая Высшему совету продолжить суд.
— Нус, теперь к делу, — заявил Асмодей. — Мы присматриваем за этим миром, который является срединным, и поддерживаем существующий в нём порядок. Совет Гителан образован силами зла и добра не красы ради, а для равновесия. Однажды из-за нашего бездействия этот мир покинула раса умельцев-эсфиров. Оружию, что выходило из-под их рук, нет и не было равных ни в одном из доступных миров. Свой секрет они унесли с собой, навсегда запечатав вход в свой новый дом. В Гилианте осталось совсем мало носителей древних спящих генов. Кровь эсфира пробуждается в том случае, если с носителем что-то случается, когда переворачивается весь его мир. Как это случилось с Амадеем-Вестаром.
Вестар приподнял бровь в немом удивлении, глядя во все глаза на отца.
— Да, маг, — спокойно пояснил Гадриэль, — ты эсфир. Ты и похож в боевой форме на демона и одновременно не похож.
— Нет, как-то многовато сногсшибательных новостей за столь короткий срок. Голова кругом, — сказал, почесывая затылок, Дамир.
— Мама?.. — взор Вестара обратился к Мегаре.