Танки вел Алексеев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С наблюдательного пункта было видно, как побежали пехотинцы. А сзади вражеские танки, мотоциклисты, автоматчики. Тысячи пуль вдогонку. Задыхаясь, бежали и падали солдаты, сраженные пулеметными и автоматными очередями. Полковник Середкин, забыв обо всем на свете, бросился наперерез отступавшему батальону… Больше Алексеев его уже не видел: полковник погиб, но панику устранить не смог.

В это же время упорный бой с немецкими танками, появившимися со стороны хутора Буденновский, вели бойцы 761-го стрелкового полка. Противник и здесь прорвал нашу оборону, но пехота не оставила окопов. Бойцы, отсекая от танков немецких автоматчиков, не пропускали их вперед. Но вражеские танки подавили наши противотанковые батареи, подбили несколько легких танков батальона Каранды, вышли к наблюдательному пункту командира полка и сравняли его с землей. На своем боевом посту погибли командир полка майор Герасенко и начальник штаба майор Мочалов. Но полк продолжал сражаться.

Прорвавшись через первую линию обороны, около сорока немецких танков подошли с севера-востока к Большим Салам. Алексеев видел, как батальон Гаганова вел интенсивный огонь по врагу, но наши танковые пушки «сорокапятки» не пробивали лобовую броню средних немецких танков с дальних дистанций. А выдвигаясь вперед, навстречу врагу, они сами становились слишком уязвимыми.

На вторую линию нашей обороны, занимаемую 606-м стрелковым полком непосредственно перед Большими Салами, прорвались с запада около тридцати немецких танков. Завязался жестокий неравный бой. Несмотря на героизм пехотинцев, Большие Салы пришлось оставить. В суматохе, под прикрытием наступивших сумерек спешно эвакуировались штаб дивизии и оперативная группа штаба 6-й танковой бригады.

Хутор Щепкин, что находится в пяти километрах к востоку от села Большие Салы, стал сборным пунктом уцелевших подразделений 317-й стрелковой дивизии. Темная осенняя ночь. В степи холодный пронизывающий ветер с поземкой. Маленькие хуторские хаты битком забиты красноармейцами тыловых частей, прибывших сюда месяц, а то и полтора назад, когда начала создаваться оборона Ростова, и бойцами отступивших сегодня частей. Костры на окраинных улицах служили своеобразными ориентирами тем, кто искал свою роту, взвод, отделение.

Для капитана Нестерова, как и для многих других его боевых товарищей, сегодняшний день стал боевым крещением. Капитан не участвовал в рукопашной схватке, не водил в бой танки. Ему, выполнявшему ответственные обязанности заместителя начальника штаба танковой бригады, надлежало обеспечивать управление танковыми и мотострелковыми батальонами, руководить боевыми действиями, выполняя приказы и замыслы командира. Правда, передача танковых батальонов в оперативное подчинение стрелковым дивизиям в определенной степени снижала ответственность командования бригады за судьбы и дела батальонов. Командир и штаб с самого начала понимали, что такой порядок должен быть изменен.

Полковник Алексеев, побывав во всех танковых батальонах, доложил командующему армией генерал-лейтенанту Ф. Н. Ремезову о недостаточно серьезной продуманности противотанковой обороны: танки размещены без увязки с другими средствами в системе обороны. В результате этого командующий издал 12 ноября 1941 года приказ «Об организации противотанковой обороны армии», в котором потребовал использовать танки впереди стрелковых позиций, обязал обеспечить хорошую их маскировку, ни в коем случае не допуская размещения танков в одну линию. В то же время рассредоточение танковой бригады на площади в тысячу квадратных километров поставило в крайне затруднительное положение ее штаб. Плохо обеспеченный средствами радиосвязи, он не мог постоянно контролировать действия батальонов. Телефонной же связью через дивизионные и полковые узлы можно было воспользоваться только в период затишья, да и то не всегда. Однако командир бригады и штаб понимали, что и в этой ситуации их долг — обеспечить наибольшую эффективность использования танков.

После прорыва линии обороны Нестеров вместе с капитаном Чепковым и другими командирами оперативной группы, получив приказание полковника Алексеева, буквально в пять минут свернул командный пункт в Больших Салах и на штабном автобусе выбыл в хутор Щепкин.

Нестеров прежде не участвовал в боях, но хорошо представлял немецкую танковую атаку. Сегодня же, когда враг ошеломил, парализовал волю к сопротивлению, вызвал страх и растерянность у сотен людей, тревога и испуг на какое-то время овладели и им, человеком не робкого десятка. Это отступление еще раз показало, как необходимо сконцентрировать все силы танковой бригады.

Командным пунктом командира бригады в хуторе Щепкин стала обычная хата с небольшими оконцами. Капитан Нестеров при свете керосиновой лампы колдовал над картой. Располагая хоть и неполными данными о местонахождении танковых рот, батальонов, других частей и подразделений бригады и стрелковых дивизий, он наносил обстановку на карту. Другие командиры оперативной группы, бывшие тут же, на командном пункте, анализировали страшную картину боя, ее детали, замеченные каждым по-своему. Всех волновала судьба Алексеева, который сразу же после прорыва немецких танков и сдачи Больших Сал уехал в мотострелковый батальон: требовалось срочно перестроить оборону батальона. Однако полковник давно уже должен быть на хуторе. Уж не случилась ли беда? Обстановка тревожная, мог столкнуться с какой-нибудь разведывательной группой врага. Поэтому, как только открылась дверь и в ней показался полковник, сидевшие за столом обрадованно воскликнули: «Наконец-то!»

— Где Гаганов? Где Каранда? Налажена ли связь с Ростовом? Каковы потери? — на ходу снимая черное кожаное пальто, забросал Нестерова вопросами Алексеев. Необычно возбужденный, с осунувшимся за какие-то сутки лицом, он нервно ходил из конца в конец маленькой комнаты, слушал ответы капитана, уточнял детали и, посасывая трубку, старался успокоиться. Бросив взгляд на сидевших за столом штабистов, сказал с напускной грубоватой насмешливостью:

— Ну, что растерялись, носы повесили, думаете, немец вас и здесь достанет? Нет, немец привык культурно воевать, ночью он предпочитает пить кофе и отдыхать. А вот утром перегруппируется и попрет.

Алексеев подошел к столу, неторопливо надел очки в черной роговой оправе, всмотрелся в карту и от серо-черных квадратов, обозначавших село Большие Салы, провел пунктирную прямую стрелу к Ростову.

— Здесь противник наносит главный удар, в стыке 353-й и 317-й стрелковых дивизий. Завтра он попытается его развить. 317-я дивизия оставила позиции, обнажив фланг 353-й. На хутор Щепкин немцы пока не пойдут, они его просто обойдут стороной.

— Силы-то не равнозначны, Василий Михайлович, — сказал Нестеров. — Наш Т-26 с их Т-III не сравнить.

— Так-то оно так, Степан Кузьмич. Но ты мне только-что доложил, что наши «легкачи» одиннадцать немецких машин уничтожили. Молодец Гаганов! Уж больно ловко у него в первом бою вышло, когда с фланга зашел и по бортам ударил. Да и во втором бою танкисты потрудились. Ну, а кроме танков артиллерия, бронебойщики… Как бы там ни было, а танков двадцать всем миром все-таки вышибли!

Алексеев на минуту задумался, взглянул на присутствующих, снова заговорил:

— А беда наша в том, что воевать не научились. А мы с вами, нет, я прежде всего, не отстоял самостоятельности танковой бригады, согласился со штабом армии поделить ее на части. «Смотри, мол, Клейст, у нас везде есть танки!» А он, не будь дураком, лупанул здоровенным кулаком в одном месте, да так, что все у нас и затрещало. Плохо армейская разведка работает, надо бы знать, куда они танки подтянули. Тогда и мы поблизости свой бы в кулак сосредоточили. Ну, да что говорить! Вперед поумнеем!

Выбив пепел из давно погасшей трубки, Алексеев посмотрел на уставшие, осунувшиеся лица товарищей и, присев к столу, с улыбкой спросил:

— Кипяток-то у вас найдется? Чайку бы сейчас. Я ведь камский водохлеб, а ты, Павел Павлович, — полковник обратился к начальнику связи бригады капитану Чепкову, — у донской воды вырос, тоже чаевничать любишь?

— Кипяток есть, заварка тоже, вас ждали, Василий Михайлович, — ответил Нестеров, и впервые за эти сутки улыбка промелькнула на его усталом лице.

Глубокой ночью начальник караула разбудил Алексеева.

— Вас хочет видеть генерал-майор Козлов.

Алексеев быстро натянул сапоги, застегнул ворот гимнастерки, затянулся ремнем.

— Вы полковник Алексеев? — не раздеваясь, спросил генерал.

— Да, я.

— Связи с вами нет, я сам вынужден был передать приказ. Знакомьтесь. — И он протянул полковнику пакет.

Вскрыв его, Алексеев прочел:

«Командующему Ростовской оперативной группой генерал-майору П. М. Козлову.

Утром 18 ноября провести операцию по уничтожению прорвавшихся танков противника в районе Большие Салы, Несветай, используя для этого танковые батальоны 6-й танковой бригады и истребительные отряды пехоты. Командиру танковой бригады создать из танков две подвижные группы, одну из которых сосредоточить в Щепкине, другую — в населенном пункте Красный Крым.