Зеркало загудело.
Лабиринт стал жестче.
Зеркало открылось, Джейк снова увидел в его центре жуткую пустоту. Эта пустота набросилась на него и начала втягивать в себя. На секунду он почувствовал всю боль, которая жила в этом зеркале. Оно сожрало его отца и сожрет его самого, от него не убежать.
Зеркало завыло.
Завыло так, что Пирс сел на корточки с открытым ртом и зажал уши ладонями, а кошки бросились врассыпную, словно семь черных молний.
А вот Маскелайн не двигался. Его руки спокойно лежали на мониторе, пока чернота с громким хлопком не сжалась и поверхность зеркала снова не стала твердой. Ребекка с Джейком исчезли.
Пирс опустил руки и выдохнул, потом потряс головой и встал на ноги.
– Чем дальше, тем хуже. Вы уверены в том, что можете его контролировать?
Маскелайн оторвал взгляд от монитора:
– Никто не может контролировать зеркало. Даже Янус. Но я разобрался со шкалой Симмса и теперь хотя бы могу его мониторить.
Пирс вытер руки о фартук:
– Не знаю, как вы спите по ночам. Если призраки вообще спят.
Он хотел добавить еще что-то, но запнулся, увидев, как Маскелайн с нарастающим страхом в глазах смотрит на монитор.
Пирс поспешил к нему.
– Что-то не так?
Он глянул на шкалу. Цифры сменялись, отсчитывая века в обратном порядке:
1900
1800
1700
1600
Пирс закрыл руками глаза:
– Остановите это. Остановите же!
– Я не могу.
1500
1400
– Проклятье, – прошептал Пирс.
19
Джейк успел только понять, что оказался посреди дороги, а прямо перед ним встал на дыбы осел и громко ржет ему в лицо. Ребекка рывком оттащила парня в сторону, и они вдвоем завалились в сточную канаву, больно ударившись о горячие камни на обочине.
– Ты как? – выдохнул Джейк. – В порядке?
– Ушиблась немного. – Ребекка потерла локоть, одна щека у нее перепачкалась в грязи, потом подняла голову и простонала: – О господи. Джейк…