Уортон отметил, как они похожи. Тот же пристальный взгляд и голубые, как арктический лед, глаза. И даже удивился, что не обратил на это внимания раньше.
– Так ты моя правнучка, – протянул Венн.
Сара понимала, что с момента их первой встречи Оберона мучает один-единственный вопрос.
И он, поморщившись, его задал:
– Лия правда вернется?
Сара отвела взгляд:
– В истории моей жизни она не погибла в автокатастрофе. Деталей не знаю. Все документы моей семьи сгорели. Либо их забрал Янус. Но эти ее рисунки… те, что у вас в комнате. Они до сих пор у нас.
– Значит, у меня все получится. – Казалось, Венн даже потерял дар речи от такой возможности. Он посмотрел на Уортона, а потом снова на Сару. – Только бы узнать – как. А что касается Саммер… Сара, я верю тебе. Ты должна мне помочь. Когда Лия вернется, мне будет плевать на зеркало. Если захочешь, разобьешь его вдребезги.
После этих слов Венн развернулся и пошел к двери.
– А как же Дэвид? – спросила Сара.
Венн остановился как вкопанный. Он как будто забыл, кто это.
– Да, Дэвид. И он тоже. Конечно.
Оберон вышел из кухни, через минуту хлопнула парадная дверь.
– Только не говорите, что он отправился в Лес, – пробормотал Уортон.
Пирс пожал плечами:
– В поместье есть где погулять. Часами можно бродить по пустошам.
– У меня от этой Саммер мурашки, – признался Джордж и повернулся к Саре: – Ну что ж, давай проверим, как там зеркало.
Сара оглянулась на пороге кухни. Пирс устроился за столом, направил лампу на фотокопии и быстро делал какие-то пометки красной ручкой. У него даже неизвестно откуда взялся зеленый визор для защиты глаз.
– На хакера похож, – заметил Уортон.
Сара улыбнулась. Как только она закрыла дверь, три кошки из семи запрыгнули на кухонный стол и замяукали, требуя корма.
– Брысь отсюда, – с отсутствующим видом буркнул Пирс.
В доме царила тишина и пахло плесенью. Они шли по коридорам, куда свет проникал только через окна. По стеклам стекали капли дождя.
– Без Джейка здесь так пусто, – сказал Уортон.
– Да, – согласилась Сара.
По ее ощущениям, атмосфера в доме была насыщена не только сыростью, но и безысходностью. На обшитой панелями стене выделялся бледный прямоугольник. Сара остановилась:
– Здесь ведь была картина с рождественским сюжетом? Я не ошибаюсь?
– Венн продал ее на прошлой неделе. Пирс упаковал, а я отвез на станцию. Выставили на аукционе «Кристис».
– Значит, с деньгами у него плохо.
– Их просто нет.
Сара тряхнула головой и пошла дальше за Уортоном по широкой винтовой лестнице. Поднимаясь, вспоминала, как однажды сюда проник Волк времени с глазами, как осколки сапфира.