– Оберон, Оливер, Ошин. Для нее нет никакой разницы. Она как погода, как земля. Не знает ни возраста, ни сострадания. Подойди.
Сара надела цепочку с монетой на шею и подошла ближе к шкатулке:
– Пойми, я должна…
– Это она со мной сделала.
Птичка смотрела на Сару глазом-бусинкой. Девушке показалось, что она увидела в его глубине какую-то искорку. Как будто огонь вспыхнул.
– Заперла меня здесь. Превратила в механизм из палок и перьев.
– За что?
– Я ее ослушалась. В Лесу есть одно место. Ловушка. С виду ничем не отличается от обычной травы. Но если смертный ступит на него, он застрянет там, а время потечет дальше. Так она шутит. В общем, все стали ждать, когда кто-нибудь подойдет к этому месту.
Саре было страшно, но в то же время хотелось узнать конец этой истории.
– Все, кроме тебя.
– Я… – Птичка поправила клювом перья. – Я была непослушной и решила ее позлить. Смертный оказался обычным крестьянином. Он шел с полей, закинув лопату на плечо. Ши, как мухи, стаями летали вокруг. Я его предупредила. Шепнула на ушко. Видела бы ты, как он побежал! – Птичка тихо и печально свистнула. – А потом она об этом узнала.
– Мне очень жаль, но я должна идти, – сказала Сара.
– С монетой? – Птичка презрительно пискнула. – Ты никогда не выйдешь из этой комнаты. Разве только…
– Что? – спросила Сара, уже зная ответ.
– Возьми меня с собой. Положи шкатулку в карман и уходи. Я проведу тебя через Саммерленд. Откажешься – я подниму шум.
Сара чуть не засмеялась. Очень уж забавной была напыщенная птичка.
Но потом снаружи донесся грохот. Девушка встрепенулась:
– Что это?
– Уверена – ничего хорошего.
Сара решилась. Только она одна могла уничтожить зеркало. Не колеблясь ни секунды, сунула шкатулку в карман и развернулась к двери.
Дверь оказалась открыта.
В зале не было выхода. Даже тот, через который они сюда попали, исчез. Не было вообще ничего, только бесконечные обсидиановые зеркала, все одинаковые. И все, как думал Венн, иллюзия.
– Ловушка Саммер, – сказал он. – Если мы войдем в одно из них без браслета…
– Какая разница, – мрачно заметил Гидеон. – Мы все равно никуда не переместимся. Это – Саммерленд, а он не заканчивается.
Уортон пропустил мимо ушей это парадоксальное замечание. Учитель рассматривал себя в зеркале: похоже, действительно немного прибавил в весе.
– А вы что думаете? – обратился он к Венну.
Тот нахмурился, подошел к ближайшему зеркалу и уперся в него ладонями. Поверхность была черной и твердой.
– Мы так привыкли проходить через зеркала, – пробормотал он, – что забыли об их истинном предназначении. – Оберон пристально смотрел в свои голубые, как лед, глаза. – Они показывают нам то, что мы считаем реальностью. Но это не так. Реальности не существует.
Венн широко расставил пальцы. Уортон заметил на черной поверхности зеркала крохотную светящуюся точку. Не веря своим глазам, он наблюдал за тем, как эта точка увеличивается и трансформируется в круг, потом в квадрат. Вскоре она заняла все зеркало и превратилась в окно, которое выходило на какую-то странную, залитую солнцем и мощенную булыжником узкую улицу.
Пока они растерянно смотрели на зеркало, окно исчезло.