История свердловского рока 1961-1991 От «Эльмашевских Битлов» до «Смысловых галлюцинаций»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор этого короткого «хождения по мукам» умудрился изменить судьбу и соскочить где-то на уровне третьего трека. Спасла его, как это ни пафосно прозвучит, музыка. С помощью музыки он смог так ярко и так закамуфлированно (опять двойственность!) описать путь вниз многих из тех, кто не смог спрыгнуть вовремя. Опасная это профессия — подъем сельской культуры…

Интересно, а в клубе села Черемисское после бегства оттуда заведующего Могилевского А.Ю. танцевали под «Ассоциацию»?

Д. Лемов, 2016.

Чем отличается сборник песен от альбома? Наличием концепции. А что происходит, если концепция становится краеугольным камнем музыкального продукта? Он превращается в эпохальную «Стену» «Pink Floyd» или в альбом группы из города Верхотурье Свердловской области ««Водопад» отвечает на письма».

К моменту начала записи альбома бразды правления «Водопадом» уже крепко держал в руках испытанный боец культмассового фронта Сергей Лукашин. Его опыт проведения комсомольских безалкогольных свадеб и городских праздников положительно сказался на драматургии альбома. Сюжет был выбран незамысловатый: музыканты читают письма, мешками приходящие к ним после выхода в свет их первого альбома, и отвечают на них в песенной форме. Эта история позволяет включить в альбом практически любую песню, придумав для нее смешную подводку.

Темы самих песен незамысловаты. «Водопад» еще не сильно давит на сатиру, он пока еще только шутит, но шутит очень смешно. Объекты для шуток самые разнообразные: от неприличного слова, написанного в школьном туалете, до любви пацифиста к работнице оборонного завода. Вдоволь поиздевался «Водопад» и над коллегами по музыкальному цеху — досталось и иммигранту Токареву, и великому БГ, и всесоюзной фирме «Мелодия». Впоследствии музыканты даже извинялись за эти свои подтрунивания (почему-то особенно неудобно им было перед Токаревым). Зря. Смеяться можно и должно по любому поводу. В первую очередь музыканты шутят сами над собой и над своей супергруппой. Самоиронии в альбоме хоть отбавляй.

Удался альбом и с музыкальной точки зрения. Еще бы, ведь многие песни написаны на мотивы, которые по праву считаются народными. Верхотурским фольклором стали за прошедшие десятилетия и собственные песни «Водопада». Я уверен, что филологи XXII века, записав со слов седых, как лунь, стариков, «Мораторий» и «Супергруппу» будут удивляться умению народа создавать такие совершенные произведения искусства.

Д. Лемов, 2016.

Основные участники, их жены, друзья и функционеры рок-клуба в тот памятный ноябрьский вечер собрались на премьеру записи, как все полагали, сольного альбома Игоря Скрипкаря. Однако и здесь, на финишной прямой, после долгого и запутанного пути, которым Игорь шел к предполагаемому дебюту, после того как в течение без малого трех лет создатели записи то ставили на Скрипкаре крест, то стирали его теплой губкой, то протягивали друг другу руки, то махали на все рукой, после всех этих перипетий и испытаний терпения, все-таки еще один раз пришлось вынести томительное ожидание, усугубляемое неуверенностью в предстоящей премьере, на морозе возле здания горного техникума — этого полуподпольного пристанища «Кабинета».

«Бог ты мой! — с досадой восклицал кое-кто из собравшихся. — Да неужели нельзя было просто принести пленку с записью в рок-клуб и там послушать, скажем, на магнитофоне «Комета»»?!

Нет! Этот вариант представлялся Скрипкарю и K° чудовищным кощунством. Они приготовили публике Большой Корабль и не собирались пускать его в жалкой луже! — Таким образом описывал мне премьеру в частной беседе один из «кабинетного» круга.

Грешным делом, я решил воспользоваться его доверчивостью и начать свою реплику на «Вскрытые» именно этим эпизодом. Уж очень примечательным он показался. Эта напряженка искусственного ажиотажа, создаваемая вокруг альбома, лишний раз оттеняет характерные черты его создателей. И главная ЖИРНАЯ черта — это то, с каким неусыпным рвением музыканты вкупе с авторами текстов пестовали и пестуют свой УСПЕХ. Для них успех — это своего рода строительный отвес, который определяет баланс всего строения; и в то же время — маяк в тумане, который уже в ходе работы начал увлекательно подмигивать им и задавать маршрут прямо к «острову сокровищ»!

Но «Вскрытие» в очередной раз продемонстрировало, что планировать успех — это из рук вон плохо. Плохо, потому что вместо нормального живого существа, каковым должно быть любое произведение какого бы то ни было искусства, в данном случае получается гладкая модель, шитая белыми нитками посторонних мудрствований и усилий. Двояко, потому что результатом натуги подобных «плановиков» неизбежно становится превращение нормального (хотя, быть может, не особенно увесистого) ребенка в жирного дегенерата, да и то — переношенного, извлеченного на свет посредством какого-то кесарева «вскрытия»!

Представьте себе: на вопрос «Как ребенок?» его родители и их знакомые вам отвечают: «Ничего себе. Хороший мальчик — весу и росту изрядного, правда, он у нас дегенерат, но это не беда!»

Точно так же сейчас на вопрос «Ну как вам первый «Кабинет?» любой прежде всего скажет: «Ничего себе. Хорошая запись — техника и звук высшего класса! Правда, она тут у нас… Но это не беда!»

Да как же не беда? Что может быть хуже такого «детища» для родителей?! И любишь его, а все понимаешь — упрятать бы, да поскорей! Итак, почти три года мы многозначительно говорили друг другу нечто вроде «Погодите. Вскрытие вам всем покажет!» Дождались. «Вскрытие» произведено. И что же оно нам всем показало?

а) Показало, что Скрипкарь (как сочинитель основных тем) — отменный компилятор, который живет кусками с чужого стола, поскольку, очевидно, своего за душой практически не имеет. Ему бы сейчас самое время уйти на честную государственную службу, но пост-трековская убогая слава и параноидальное рок-тщеславие не дают отступить и заставляют его говорить, хоть и сказать нечего!

б) Показало, что А. Пантыкин ввязался в «кабинетную» процедуру то ли из творческой жадности, то ли затем, чтобы укрепить свой возобновившийся союз с пост-трек-текстовиком А. Застырцем, то ли для того, чтобы окончательно погубить конкурента в лице Скрипкаря. Впрочем, последнюю версию распространяют явные злопыхатели.

в) Показало, что Сергей Рютин — честный малый, которого запихали вместе с его гитарою в незаметный угол, и который, вероятно, не выдержав напряженной работы «плановиков» из «кабинета», хлопнул его дверью по окончании «вскрытия».

г) Показало, что Андрей Котов — молодой техничный барабанщик, который отбарабанит все, чего изволите.

д) Аркадий Застырец (бывший в ТРЕКЕ Купериным) хотя и сменил псевдоним, продолжает рядиться в рясу проповедника обрыдлых истин, которую уже не раз примерял, работая в дружном коллективе трекеров под чутким руководством Жени Димова.

е) А. Гноевых — замечательно талантливый звукооператор, даже после «вскрытия» умело демонстрирующий сногсшибательный гальванический эффект!

ж) Доказало, что автор текста последней (ласт энд лист) в альбоме песни, фамилию которого я, к сожалению, забыл, мастерски воплотил в своем «Взгляде» собственную прогрессирующую дальнозоркость.

з) Показало, что Скрипкарь не умеет петь… или не получилось…

Но в целом запись удачная, звук хороший, названия короткие, запоминающиеся: КАБИНЕТ-ВСКРЫТИЕ-РИТУАЛ-ФАКТОР-ЯЩИК-ТАЛИСМАН-ВОЗВРАЩЕНИЕ-НОВЫЙ ДЕНЬ-БАЛЛАДА-ВЗГЛЯД-ПУСК! Большому Кораблю — большая лужа!

В записи участвовало целых 52 человека! Не могли же они все враз просчитаться! Одна голова — хорошо, а 52 — лучше!

Цыплят, сосчитанных весной, пересчитывают по осени! Спасибо вам за ваши добротные понятные песни. Со стороны широкой недалекой публики будет порядочным свинством, если она не оценит по заслугам плод вашей великой натуги.

Б. Пощадный

(«Свердловское рок-обозрение», № 3, 1987)

Вместо вступления