откажется от такой жизни только из-за любви.
Я промолчала.
– Ты считаешь меня стервой, – сказала Бетани.
– Нет.
– А я стерва и есть.
Я спросила:
– Бетани, а что ты скажешь Райану, когда ребенок родится на два месяца раньше и явно не
недоношенным?
– Какая разница? К тому времени мы будем уже женаты. Даже если Райан откажется от
отцовства и разведется со мной, ему придется дорого заплатить. Я пригрожу добиться
положенного мне по брачному договору через суд. Мама говорит, что Райан предпочтет
откупиться, лишь бы его белье не полоскали публично.
Я постаралась, чтобы мои чувства не отразились на лице.
– Ты уверена, что Колби будет молчать? Из-за него не будет неприятностей?
– Нет, я сказала ему, что нужно просто подождать. Как только я получу деньги после
развода, мы сможем жить вместе.
На какое-то время я лишилась дара речи. Наконец мне удалось выдавить:
– Какой замечательный план.
Большую часть полета я молчала, охваченная смятением. Заткнув уши наушниками,
запустила на компьютере фильм и слепо пялилась в экран.
Любые следы сочувствия или жалости к Бетани улетучились, стоило мне услышать, что
предстоящая свадьба – просто способ вытянуть деньги из Райана Чейза. Невеста и ее
родители знали, что брак долго не продержится. Знали, что жених – не отец
ребенка. Они пользовались врожденной порядочностью Райана. Собирались сделать из
него посмешище, чтобы Бетани на его деньги могла жить со своим безмозглым
красавчиком.
Я такого просто не вынесу.
Боковым зрением я заметила, что Бетани жестом подозвала Холлис и они вместе уселись
на диванчике в хвостовой части, где перешептывались минут двадцать сначала тихо, потом
все оживленнее, словно обсуждали что-то важное. Похоже, Бетани уже пожалела, что