разоткровенничалась, и созналась матери. В какой-то момент Холлис подняла голову и
посмотрела мне прямо в глаза.
Точно. Теперь я стала потенциальной проблемой, с которой придется разбираться. Я снова
уставилась в экран.
Из-за разницы в часовых поясах в Хьюстонский аэропорт Хобби мы прилетели в
одиннадцать утра. Убирая компьютер в сумку, я изобразила радость:
– Как хорошо, еще почти весь день впереди.
Холлис натянуто улыбнулась, Бетани никак не отреагировала.
Пока я благодарила пилота и стюардессу, Бетани и Колби вышли из самолета.
Повернувшись к выходу, я увидела, что меня поджидает Холлис.
– Эйвери, – сказала она любезно, – прежде чем мы выйдем из самолета, я хотела бы кое-
что обсудить.
– Конечно, – не менее приятным тоном отозвалась я.
– Я должна кое-что объяснить, поскольку не уверена, что вы хорошо нас понимаете. На
нашем уровне правила особые. Если вы питаете какие-либо иллюзии насчет Райана Чейза, имейте в виду: он ничем не лучше других. Не сомневайтесь, красотка для утех на стороне
у него будет. С его деньгами и внешностью он сменит не меньше трех-четырех жен. Какая
вам разница, будет Бетани одной из них или нет? – Она сердито прищурилась: – Вам
платят не за то, чтобы вы осуждали кого-то или вмешивались в личную жизнь клиентов. А
за то, чтобы эта свадьба состоялась. И если что-то пойдет не так... Я гарантирую, что к вам
больше никто не обратится. И сделаю все возможное, чтобы вы не попали на то телешоу.
У нас с Дэвидом есть друзья-владельцы телекомпаний. Даже не думайте помешать мне.
Я улыбалась все так же мило, как и до ее слов:
– Как вы сами сказали в начале этой поездки, Холлис, мы понимаем друг друга.
По-прежнему не отрывая от меня взгляд, она, казалось, расслабилась:
– Я сказала Бетани, что она зря боится. В вашем положении нельзя действовать наперекор
собственным интересам.
– В моем положении?
– Работая.
Только в устах Холлис Уорнер это слово могло прозвучать неприлично.
Я намеренно отправилась домой длинным путем, чтобы по дороге из аэропорта у меня