— Вспомнила? — с надеждой спросил Антон.
Заботливая Тень передала ему камею для хозяйки, зная, как много та значила для нее.
— Вот оно что!.. — гневно прошептала Хриз. — Теперь понятно. Этот мерзавец меня околдовал!..
— Да нет же! Хриз, очнись, ты его любишь!
Она так сильно сжала брошь в ладони, что острые края поранили кожу. Между пальцев проступила кровь, но Хриз, казалось, этого не замечала. Антон понял, что сделал только хуже. Однако он хорошо знал свою сестру и не сдавался, решив зайти с другой стороны.
— Хриз, взгляни на Тиффано. Он красив?
— Ублюдок!
— Может быть, — не стал спорить Антон. — Но красивый ублюдок?
Хриз разжала пальцы и посмотрела на камею. Не на Тиффано, который все еще был в зале и не сводил с нее глаз, а на его портрет. Прямой нос, волевой подбородок, длинные волосы…
— Пусть так, это ничего не меняет!..
— Подумай. Когда ты выйдешь замуж за этого Франца-Иосифа… Он же старый и противный… Тебе захочется поразвлечься с каким-нибудь красавчиком… Взгляни, взгляни на Тиффано…
На ее лице появилось странное сомнение, как будто свет и тень боролись между собой.
— Он опасен…
— Когда это тебя останавливало? — воодушевился Антон, надвигая чепчик по самые уши, чтобы скрыть лицо от вернувшегося за противоположный стол магистра. — Опасный и красивый ублюдок, с которым придется держать ухо востро… Так же интересней, верно?..
— Пожалуй, ты прав… — задумчиво произнесла Хриз, ее лицо наконец просветлело. — Когда я стану императрицей, мне понадобится кто-нибудь вроде него… для утех. Вот тогда, быть может, и вытащу его из тюрьмы… А пока пусть сидит!.. Заодно патлы отрастут.
Гуго Барнум держался настороженно и почему-то постоянно оглядывался на понуро сидящего Сигизмунда. Хриз опять захотела лично опросить свидетеля. Судья после перерыва пришел в относительно благодушное настроение, поэтому просто махнул рукой.
— Фрон Барнум, расскажите нам, что произошло в день весеннего равноденствия.
Он нахмурился, и Хриз нетерпеливо повторила:
— Что произошло 20 марта этого года, когда вы вместе со мной направлялись в поместье Седвига?
— А… — мужчина помрачнел. — На нас напали.
— Кто?
— Циркачи. То есть, мы думали, что это циркачи, но это оказались бандиты. Ублюдки Вырезатели!
— Я протестую, ваша честь! Свидетеля вызвали на предмет опровергнуть обвинения в похищении фрона Лешуа! Защита злоупотребляет и задает ему совершенно другие вопросы!
Судья пожевал губами и изрек:
— Это судебное заседание слишком… насыщенное. Я пришел к выводу, что будет правильно разрешить обеим сторонам действовать свободно. Однако к шести вы должны закончить, чтобы мы могли отпустить присяжных на совещание.
— Но ваша честь!..
— Позвольте, я продолжу, магистр, — с насмешкой сказала Хриз. — Хочется успеть к ужину в Крафградскую крепость, сегодня как раз должны подавать суп из ревеня и котлеты…
Обстановка в зале разрядилась сдавленными смешками и одобрительными возгласами. Антон покачал головой. Ему уже стало понятно, что Хриз никуда возвращаться не собирается. Только вперед, и горе тому, кто окажется на ее пути.
— Значит, вы утверждаете, что те циркачи были Вырезателями?
— Да. Эти мрази как раз возвращались из поместья, где устроили резню.