— Ты правда думаешь, что кто-то будет думать про платье, Грейнджер? Поверь, само наше бракосочетание выглядит куда более странно.
Гермиона отвернулась от зеркала, поправив последнюю прядь волос. Драко наблюдал за ней со снисходительной улыбкой.
— Это точно. Я до сих пор не могу поверить, что это на самом деле происходит со мной. Происходит с нами.
— Ты привыкнешь. Я не говорил тебе, что ты очень красивая?
— Ты можешь сказать это сейчас.
И он действительно мог. Или мог оставить это на другой раз. Который у них обязательно будет.
— Я люблю тебя, Гермиона.
— Что-о-о? — наблюдать за тем, как широко распахиваются её глаза, было прекрасно.
— Тебя так удивляет моё признание в любви?
— Меня больше удивляет, что ты первый раз назвал меня по имени. Знаешь… я боюсь, что буду скучать по прежнему Малфою. Ну всё, идём, нас наверное уже заждались.
Гермиона повернулась к двери, и Драко не мог не задержать свой взгляд на изящном изгибе её шеи.
— Да, только дай мне сделать тебе ещё один комплимент: ты прекрасна в этом зелёном платье. Но знаешь… — на лице Драко появилась прежняя, до боли знакомая ей ухмылка, а его рука скользнула вверх по её ноге. — Я уже не могу дождаться, когда сниму его с тебя, Грейнджер.
— Малфой, не сейчас! Люди ждут, — прошипела Гермиона, безуспешно пытаясь увернуться.
— А мне плевать, — рука медленно пробиралась к кружевным трусикам и дальше.
— Я не могу!
— Блядь, Грейнджер, ты же всё равно не сможешь мне отказать, так что не трать время на глупые возражения и расстегни мои брюки.
— Я погорячилась, когда говорила, что буду скучать по прежнему Малфою. Ты же помнёшь мне платье!
— И кто-то всерьёз называл тебя умной, если ты не в состоянии запомнить простейшее разглаживающее заклинание?
— А зачем мне оно, если у тебя полно домовых эльфов? — закатила глаза Гермиона.
— То есть не ты вчера весь вечер высказывала мне что-то насчёт недопустимости использования рабского труда? — удивился Драко.
— Я тебя ненавижу, Малфой! — но её глаза уже горели, а трусики полетели куда-то в угол комнаты.
— Неужели?
Первый толчок в такое желанное и горячее тело, и Гермиона простонала ему на ухо:
— Ещё, Драко…
Блейз и Джинни заглянули к ним и синхронно закатили глаза при виде её растрёпанной причёски и его развязанного галстука.
— Вы вообще понимаете, что у вас сегодня свадьба? — возмущённый голос Джинни. — Если вы не поторопитесь, то Рон с Дафной поженятся вместо вас!
— Драко, ты не мог подождать хотя бы до вечера? — такой же голос Блейза. — Я еле-еле смог остановить и не пустить сюда твою мать!
Гермиона попыталась лихорадочно вернуть на место шпильки, но Драко её остановил:
— Иди с распущенными.
— Это самая неправильная свадьба из всех возможных, — сдаваясь, ответила она.