— Мы пришли поговорить. Объяснить. Помочь. — Снейп взял разговор в свои руки.
— Нам не о чем говорить с вами! Вы — Пожиратели смерти! Убей их, Гарри! — этот рыжий посмел выйти вперёд, загораживая собой Грейнджер.
«Только попробуй до неё дотронуться — и ты труп, Уизли.»
— Мы всегда были на стороне Дамблдора. С самого начала.
А вот эта фраза Снейпа чуть не вызвала у Драко желание рассмеяться. Даже такие идиоты не поверят в это после того, что он сделал. Так что фраза Поттера была вполне закономерна:
— Мы вам не верим.
— Можешь прочитать мои воспоминания, Поттер. Я сам открою тебе все свои мысли. Ты же знаешь, как применять Легилименцию. У тебя это уже один раз получилось, — при этих словах Снейп скривился, как от зубной боли.
— Это ловушка, Гарри! Свяжи их и передай Ордену! Посади в Азкабан!
Драко презрительно посмотрел на Уизли, закатывая глаза:
— Дементоры давно уже не охраняют его, если ты не заметил. Впрочем, не уверен, что ты вообще что-то замечаешь, Уизли… — тычок в бок от крёстного напомнил Драко, что сейчас не самое лучшее время для издёвок, но он просто не мог удержаться.
— Мы должны выслушать их, Гарри, — Грейнджер смотрела только на него. Смотрела с надеждой. Вот только он никогда не сможет эти надежды оправдать.
— Я любил твою мать, Поттер. Любил всю жизнь. И когда Тёмный лорд убил её — я больше не мог служить ему. Я старался защитить тебя все эти годы в память о ней. И продолжаю это делать. Ты убедишься в этом, если заглянешь в мою память, — спокойно и уверенно сказал Снейп. Драко не мог сказать, как на это прореагирует Поттер, но звучало это и правда убедительно. Куда более убедительно, чем всё, что в своё оправдание мог сказать он сам.
— Он убил Дамблдора! — этот тыквоголовый опять тыкал в него своим толстым пальцем.
Но Снейп ответил и на это:
— Дамблдор был серьёзно ранен. Он в любом случае бы умер. И он знал с самого начала о приказе Тёмного лорда, который был дан Драко. И не считал нужным ничего сделать. Смерть была его собственным выбором.
«Блядь, это самое восхитительная попытка вывернуться, которую я только видел. Я всегда думал, что мой отец способен обратить все обвинения в свою пользу, но теперь я понимаю, что мне надо было учиться у тебя, крёстный.»
— Это правда? — спросил у него Поттер.
— Я не намерен делиться с тобой своими мыслями, Поттер. Но, как ты уже услышал, я не сделал ничего, что не входило бы в планы Дамблдора, — Драко не мог убрать это высокомерное выражение со своего лица, даже если бы постарался. Но в сущности, он не хотел и стараться это сделать.
— Легилименс!
Поттер и Снейп долго стояли, смотря друг другу в глаза, и наконец, мальчишка опустил палочку.
— Хорошо. То, что я увидел, соответствует вашему рассказу.
— Гарри, они предатели! — Уизли дёрнулся вперёд, сжимая палочку и открывая рот. И вряд ли для того, чтобы осыпать их цветами.
Драко, обеззоруженный Поттером, просто ударил Уизли по руке, и заклинание оставило чёрное обожженное пятно на полу.
— Блядь, ты спятил, Уизли?
— Не трогай его, Малфой!
Драко повернулся на крик Грейнджер и тут же упал лицом вниз от мощного толчка в спину.
— Не трогай его, Рон! — Гермиона переводила взгляд с одного злобного лица на другое. Было непонятно, кому сейчас больше нужна её помощь, но оба выглядели так, будто готовы были убить друг друга.
— Давайте уберём палочки и поговорим. Рон, тебя это тоже касается, — хорошо, что хоть Гарри мог рассуждать здраво.
Снейп и Малфой сели одной стороны стола, она вместе с Роном, Гарри и Джинни с другой. И только Гринграсс осталась стоять, не зная, к кому ей примкнуть.
Теперь Гермиона смогла немного расслабиться, убедившись, что драк больше не будет. И смогла снова посмотреть на Малфоя. Даже сейчас он сидел перед ними с невозмутимым видом победителя.