Вне эфира (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А у тебя есть забавная история с ФБР? Наверняка есть, это же НьюЙорк.

— Ну-у-у. — Я пожал плечами. — Большую часть своей жизни я провёл в Миссури.

— Миссури? Ну, «покажи-ка мне», Энди.

— Выйдет не так эффектно — я не в плаще.

Когда Киму стало известно о моих корнях, он спросил, как так получилось. «Это длинная история», — ответил я. Хотя, по правде, рассказ банально не вписывался в категорию развлекательных; не подходил для бесед на светском рауте, чтобы коротать время между первым и вторым бокалом шампанского. Испорчу Киму настроение, покажусь нытиком, вывалившим на собеседника проблемы в ответ на вопрос «Как дела?», заданный исключительно из вежливости.

Уж лучше не открывать рот.

— Ладно, а чем в Миссури молодёжь занимается?

Ким подбивал меня на рассказ из категории «восемнадцать плюс», но у меня таких не водилось. Разве что баловство с компьютером. Знаю, о чём вы подумали! Но я говорю о сомнительного уровня навыках хакера. Умею взламывать почту и аккаунты в социальных сетях. Может, банковские счета — никогда не пробовал этим заниматься. Были ещё истории с парнями — поцелуи, секс в гараже, — но их я сразу вычёркивал из перечня публичной информации.

— Я был необщительным ребёнком.

— Ха, а стал скрытным парнем.

Я мог бы рассказать о Миссури, но патриотизм по отношению к малой родине — не моя сильная сторона, простите, Марк Твен. Том Сойер, крупный ботанический сад, что ещё? Когда я как следует покопался в памяти и составил небольшой рассказ, Ким уже велел снимать. Окей, шеф. Набрать красивых планов, снять синхрон, включить свет, надеть наушники, жёлтое гнездо, спрятать петличку. Люфт, конечно: Ким испытывал журналистский оргазм от люфтов (может быть, и не только журналистский). Раскадровка маленьких моделек самолётов, представленных в зале, раскадровка цветов, раскадровка платья, ну, чего тебе ещё надо?

— Стенд-ап.

Я установил камеру перед сценой, на которой была размещена часть фюзеляжа новенького лайнера, а также его уменьшенная копия. Когда Ким убедился, что и то, и другое влезло в кадр, он начал говорить. Надо отметить, импровизация у него получалась отличной: я залюбовался.

— Позади меня находится уменьшенная модель нового самолёта авиастроительной корпорации. MAX-10 способен стать конкурентом для разрабатываемого Airbus А-350, по крайней мере, об этом заявил сам концерн. Новый MAX-10 сможет сэкономить до двенадцати процентов авиационного топлива в год, предназначен для перевозки тридцати пяти пассажиров, является дальнемагистральным судном… Чёрт. «Тридцати пяти» — зачем я это сказал?

— Что не так? — Я выждал две секунды и выключил запись.

— Энди, ты вообще слушал? Я сказал тридцать пять вместо трёхсот пятидесяти.

О-хо-хо, и чья в этом вина?

Сняв стенд-ап, мы вернулись к облюбованному ранее столику. В руках Кима снова оказался бокал с шампанским; у меня закралось подозрение, что и предыдущий он не оставил полным на столе. Не мне судить — сюжет-то делать придётся завтра. На щеках Кима появился красивый хмельной румянец, глаза заблестели пуще прежнего. Он стоял рядом со мной, опираясь рукой о колонну, и наклонялся, пока я собирал сумку, словно к полу был прикреплён магнит.

— Звони Стенли.

Как жаль, что работа с ним заканчивалась. Водитель забрал нас в начале двенадцатого, и к часу ночи я добрался домой. Повалился на кровать и уставился в потолок с блаженной улыбкой. И внезапно для самого себя отключился, не успев подумать, какой интересный прожил день.

***

У них, видите ли, традиция. Ну почему так сложно?

В четверг я пошёл к Нилу, чтобы узнать, как там дела с сюжетом по Boeing, и заодно спросить о так называемом первом свидании. Ким не захотел раскрывать подробности — сказал, чтобы я как и прежде не планировал ничего на сегодняшний вечер, и грациозно скрылся в туалетной кабинке.

Я не решился вести переговоры через дверь.

— О, Энди, ты жив! — оптимистично отметил Нил.

Но поговорить не получилось: в комнату заявился Майкл и занял монтажёра срочным заданием. Крис — тоже не вариант, возьмёт и донесёт Киму. Я бродил по редакции, надеясь случайно столкнуться с Кимом, пока мы не поехали на военный полигон. Ракетные системы и джавелины ненадолго отвлекли меня от «первого свидания», но вернувшись в офис после стрельб, я вновь сосредоточился на встрече. Киму предстояло сделать сюжет за два часа; я, мысленно пожелав ему удачи, воспользовался правом откланяться и поехал домой в Бронкс.

***

Он позвонил в шесть и сказал, что заедет за мной в девять. Я забрался в шкаф в надежде, что в коробках, которые не разобрал, найдётся что-то подходящее для ужина. Схватив первую, чихнул, оказавшись в облаке пыли. В ящичке с оборванными краями лежало несколько футболок, скейт, распечатанные студенческие конспекты, мятые и выцветшие. Чем я думал, когда собирал вещи? Во второй нашёлся набор по уходу за волосами, гарантийный талон смартфона и часы.

Я думал, что забыл будильник, с которым просыпался на протяжении десяти лет, дома. И теперь крутил его в руках, размышляя, оставить купленный в Нью-Йорке с изображением Тауэра или выбрать этот? Ну нет, старые часы, символизирующие прошлое, мне не нужны.

Будильник около трёх тысяч дней был первым звуком, который я слышал по не-самым-удачным-и-счастливым-в-моей-жизни утрам. Привет из далёкого детства, Энди.