Генералов похищали в Париже. Русское военное Зарубежье и советские спецслужбы в 30-е годы XX века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Председатель РОВСа добавил, что недавно на своей квартире он встречался с одним из таких «беглецов», умным, интеллигентным человеком, задававшим обстоятельные вопросы. В ответ на вопрос собеседника: «Как Вы принимаете на своей квартире совершенно неизвестных людей?» — генерал ответил, что они меня «не забывают». На днях из России «боевые офицеры» прислали бутылку старой наливки, заметил Кутепов и добавил, что думает раньше отправить ее в лабораторию. Генерал информировал редактора «Часового» и попросил написать в следующем номере журнала, что ему стало достоверно известно, что на РОВС и, в частности, на него как председателя Союза в самом ближайшем времени будут предприняты «отчаянные нападения заграничного ГПУ». Известно, добавил Кутепов, что в средствах борьбы большевики не разбираются, и среди этих средств главную роль будет играть провокация. «Мы должны предупредить всех наших офицеров, всех членов РОВС, — говорил генерал. — Напишите об этом. В такие минуты, как никогда, нужны выдержка, спокойствие, дисциплина и связь со своими воинскими начальниками»^{117}.

Закончив в полдень, как обычно по субботам, свои дела в канцелярии, Кутепов отправился с семьей, женой и 5-летним сыном Павлом в предместье Парижа Беллвю. Здесь он встретился со своим секретарем, поручиком М.А. Критским и поздравил его с прошедшими именинами, подарив, казалось бы, скромный, но значимый подарок — бутылку вина 1921 года, памятного по совместному сидению в Галлиполи. Жена Кутепова отправилась в гости к жене генерал-лейтенанта и председателя Союза Галлиполийцев М.И. Репьева, Татьяне Васильевне, которая в тот день — Татьянин день — отмечала именины, а Кутепов и Критский поднялись к последнему, жившему в том же доме, на рю Александр Гильмон, 80.

Критский, прошедший Гражданскую войну в Добровольческой армии и с 1919 года служивший старшим адъютантом в разведывательном отделении штаба корпуса Кутепова, был доверенным лицом последнего и не случайно занимал должность секретаря его канцелярии. Он был не просто канцелярским работником, но, будучи профессиональным разведчиком, журналистом и военным писателем, обладал широким кругозором и развитым мышлением, хорошо ориентировался в текущих событиях, и в том числе в СССР. Поручик подробно рассказал Кутепову о борьбе крестьянства, о широко развернувшемся низовом терроре, о восстаниях, жестоко подавлявшихся режимом. Обсудив ситуацию, собеседники пришли к выводу, что психологическая обстановка в стране намного лучше, чем в годы Гражданской войны. Клокотавшим массам крестьянства не хватало лишь крепкого руководящего ядра. Именно РОВС, как ядро, должен был, по их мнению, возглавить народ и повести его к победе над большевиками.

Собеседники сошлись в стремлении поскорей перебраться в Россию и повести за собой бунтующее крестьянство. В ходе беседы обсуждался якобы и план десанта на Кубань, который Кутепов намеревался лично возглавить. Здесь предполагалось высадить до четырех тысяч офицеров. Получив согласие Критского ехать вместе с ним в Россию, Кутепов сказал, что завтра с женой поедет искать дачу на лето, а в понедельник подробно обсудит с ним сложившийся замысел поездки на родину и попросил его наметить план в общих чертах^{118}.

Расставшись с Критским, генерал ушел к Репьевым, где собрались многочисленные гости. Позднее он посетил вечер Объединения офицеров Гренадерского полка. По свидетельству окружающих, в ночь на 26 января председатель РОВСа возвращался домой в отличном настроении. Вез его русский таксист Фортунато, входивший в бригаду шоферов-галлиполийцев, добровольно дежуривших и охранявших генерала в его поездках по Парижу. Кутепов пожелал водителю спокойной ночи и отменил очередное дежурство, намеченное на воскресенье.

В воскресенье, 26 января 1930 года, в 10 часов 30 минут утра генерал Кутепов покинул квартиру в доме, где проживал в Париже с семьей по адресу ул. Русселе, д. 26. Он сказал жене, что идет в церковь Союза Галлиполийцев, где будет проходить панихида по генералу Каульбарсу, а затем на одно из военных собраний. Генерал обещал быть к обеду в час дня, а после этого вместе с женой и сыном выехать за город. Председатель Галлиполийского Собрания генерал Репьев был предупрежден о его намерении быть на панихиде к 12 часам дня. Но там Кутепов не появился, что, впрочем, не вызвало тревоги. Его коллеги решили, что председатель РОВСа занят срочными делами и не смог быть на прощании с покойным. Тревога была поднята домашними лишь около трех часов дня, когда обычно пунктуальный генерал не появился домой к обеду. Это было тем более удивительно, что днем Кутепов, как уже упоминалось, собирался вместе с женой и сыном отправиться за город. Его вестовой Федор, живший вместе с семьей Кутепова, выяснил, что генерала не было ни в Галлиполийском Собрании, ни у кого-либо из хороших знакомых.

Жена Кутепова, Лидия Давыдовна, вызвала начальника военной канцелярии генерала Н.Н. Стогова, который в свою очередь поспешил к помощнику Кутепова полковнику А.А. Зайцову. Тот был поражен произошедшим, и по его настоянию домашние поставили в известность полицию. В 18 часов в квартиру Кутепова прибыли вызванные его женой генералы Е.К. Миллер, П.Н. Шатилов, М.И. Репьев и вице-адмирал М.А. Кедров.

В половине седьмого вечера в дом, где проживал Кутепов с семьей, прибыл уполномоченный префектуры для выяснения обстоятельств. Начались поиски, хотя первоначально не исключалось, что генерал задержался по делам, срочно выехал в предместье Парижа или стал жертвой несчастного случая. Полиция развернула его поиски во всех госпиталях, моргах, полицейских участках. К 23 часам префектура пришла к выводу, что генерал действительно исчез. Допуская возможность похищения его большевиками, власти по телеграфу дали информацию об исчезновении Кутепова на границы, в порты, пограничные железнодорожные станции и в аэропорты. Радиограммы о случившемся вместе с фотографией генерала были посланы во все полицейские и пограничные инстанции, всем военным атташе Франции за границей. При этом полиция просила сотрудников председателя РОВСа хранить в тайне сам факт его исчезновения в течение ближайших дней, чтобы иметь больше шансов напасть на след.

К концу дня 26 января стала очевидна вся серьезность случившегося и большая вероятность того, что совершено преступление. На следующий день началось следствие. К середине дня после завершения опроса госпиталей и полицейских комиссариатов окончательно отпала версия несчастного случая. Было отброшено и предположение об отъезде Кутепова по срочному служебному делу. В таком случае он всегда предупреждал начальника своей канцелярии князя Трубецкого. Версия, возникшая в военных кругах, о тайном отъезде генерала в Россию (которая еще какое-то время существовала в эмиграции) также была признана несостоятельной, ибо об этом должны были знать, по крайней мере, князь Трубецкой и полковник Зайцов.

На ноги были подняты все розыскные органы Парижа. О случившемся было доложено главе правительства Франции А. Тардье, находившемуся на конференции в Лондоне, который распорядился провести энергичное расследование и раскрыть преступление, не жалея сил и средств. Он и в последующие дни ежедневно звонил по телефону из Лондона в Париж, интересуясь ходом следствия. К розыску исчезнувшего председателя РОВСа были привлечены около четырехсот агентов сыскной полиции. Руководство расследованием взял на себя префект полиции Парижа Шиапп. Именно на префектуру полиции легла вся полнота ответственности за поиск генерала Кутепова. Дело было поручено одному из высших чинов полиции Перрье[6], а вся тяжесть оперативной работы легла на плечи его заместителя — Фо-Па-Биде, комиссара по особым делам, прекрасно знавшего русскую эмиграцию, а в свое время, в годы Гражданской войны в России, несколько лет просидевшего в подвалах ЧК под угрозой расстрела. Фо-Па-Биде и Кутепов хорошо знали друг друга. Следственное дело вел судебный следователь Делалэ.

27 января был издан приказ по РОВСу, в котором сообщалось, что 26 января 1930 года генерал Кутепов ушел из дома и более не возвращался. «Ввиду безвестного отсутствия председателя Русского Обще-Воинского Союза, генерала от инфантерии Кутепова, я, как старший заместитель его, вступаю в должность председателя Русского Обще-Воинского Союза», — указывал подписавший приказ генерал Е.К. Миллер. Он заявил в тот же день: «Я не сомневаюсь, что генерал А.П. Кутепов стал жертвой агентов ГПУ. Все мысли о добровольном бегстве должны быть отвергнуты и о самоубийстве тоже», — утверждал он. «Генерал Кутепов принадлежит к людям, которые умирают на посту», — подчеркнул генерал Миллер^{119}.

Среди эмигрантов, и прежде всего чинов РОВСа, быстро распространились слухи, что в исчезновении генерала виноваты большевики. Зазвучали призывы и возникла угроза разгрома русскими эмигрантами советского полпредства в Париже. В этих условиях генерал Миллер отдал 27 января приказ старшим начальникам РОВСа принять все меры для недопущения манифестаций и самоуправных действий, направленных против Советов и советского посольства в Париже, ибо это может нанести ущерб разбирательству, действиям властей и пойдет на руку большевикам. Тем не менее уже 1 февраля состоялась манифестация протеста у советского полпредства в Париже, проведенная организацией «Аксион Франсэз»^{120}.

Главный редактор консервативной французской газеты «Либертэ» Камиль Эмар выступил организатором целой серии митингов, которые собирали тысячи людей, скандировавших: «Долой Советы!». На них, как утверждали свидетели, царила «атмосфера бунта». Первый из таких митингов прошел в зале здания Научного общества, неподалеку от улицы Греналь и здания советского полпредства. Советский полпред В.С. Довгалевский вынужден был запросить усиленную поддержку у префектуры полиции, отношения с которой, впрочем, были еще не улажены.

Тема исчезновения председателя РОВСа генерала Кутепова оказалась в центре внимания эмигрантской и зарубежной печати. Одна из ведущих эмигрантских газет — «Последние Новости», издаваемая в Париже и редактируемая П.Н. Милюковым, 28 января вышла, например, с передовицей: «Где генерал А.П. Кутепов? Загадочное исчезновение». В небольшой заметке, где излагались известные события, резюмировалось: «Среди лиц, близких к генералу Кутепову, растет паника». В последующие дни эта газета традиционно открывалась рубрикой «Исчезновение генерала А.П. Кутепова», и все известные новости и версии случившегося занимали значительное место на ее страницах.

30 января «Последние Новости» опубликовали заявление бывшего советника советского полпредства во Франции Г.З. Беседовского, бежавшего из него в октябре 1929 года и ставшего невозвращенцем. Он полагал вполне возможным похищение Кутепова агентами ГПУ. Вместе с тем Беседовский совершенно исключал возможность похищения его с ведома посла Довгалевского и считал, что это дело рук летучего отряда ГПУ, прибывшегр во Францию и действовавшего за спиной посла. Чекистами руководил, по утверждению Беседовского, доктор Гольденштейн, находящийся в Берлине. Автор заявления добавлял, что похищения отдельных лиц агентами ГПУ имели место в последние годы в Польше, Германии, Данциге, Латвии, Персии, Турции и Китае. В числе видных чекистов, действовавших в Париже под прикрытием должностей в советском полпредстве, Беседовский называл Яновича, именуя его начальником Парижского отдела ГПУ, и его жену Александру Иосифовну Янович.

Две статьи поместила на своей первой странице 28 января другая ведущая и авторитетная парижская эмигрантская газета «Возрождение»: «Исчезновение генерала А.П. Кутепова» и «Как могло произойти похищение». Здесь был также помещен приказ по Русскому Обще-Воинскому Союзу от 27 января 1930 года, где сообщалось, что генерал Миллер как старший заместитель Кутепова принял на себя должность председателя РОВСа. Журналисты «Возрождения» указывали, что ни у кого не возникает сомнений, что это новое преступление большевиков. Похищение генерала Кутепова, по их мнению, являлось делом рук целой организации, результатом длительной и кропотливой работы. Цели этой акции определялись следующим образом: 1) обезглавить РОВС — «опаснейшего и злейшего противника советской власти»; 2) внести расстройство в ряды организаций русской эмиграции; 3) устроить новую грандиозную провокацию, инсценировав судебный процесс в Москве над главой белогвардейцев, выдавая своего агента за Кутепова. Газета заявила о начале собственного расследования случившегося с генералом Кутеповым и обратилась с просьбой к друзьям Белой армии помочь в деле его розыска и расследования.

Передовая рубрика «Исчезновение генерала А.П. Кутепова» стала в конце января ежедневной в газете «Возрождение», а в начале февраля была заменена на более определенную — «Похищение генерала А.П. Кутепова большевиками». Здесь на протяжении нескольких месяцев каждый день публиковались последние новости о розыске председателя РОВСа и ходе расследования, со свидетельствами очевидцев и размышлениями журналистов. В другой парижской газете, «Последние Новости», этот раздел неизменно назывался «Исчезновение генерала Кутепова». Добавим, что на эту тему активно писали не только русские эмигрантские издания во Франции, Европе и других странах, но и абсолютное большинство ведущих зарубежных газет и журналов. Исчезновение генерала Кутепова становится на время новостью и темой № 1 в европейской и мировой печати.

Крупнейшие французские газеты — «Матен», «Пти Паризьен», «Эко де Пари», «Ами дю Пепль», «Аксион Франсэз», «Либертэ» и другие — в целом единодушно полагали, что тайна исчезновения Кутепова связана с Советским Союзом, и ее разгадку следует искать в советском полпредстве в Париже. Об этом откровенно писала и английская газета «Морнинг Пост», выразив сожаление, что оно пользуется неприкосновенностью. «Это единственное место, где находится разгадка тайны», — утверждала она. Другое лондонское издание — газета «Дейли Телеграф» заявила, что Кутепов неоднократно получал угрозы от советских агентов и стал жертвой «французской секции ЧК». Во французской прессе часто звучали требования решительных мер в отношении СССР и советского полпредства в Париже, вплоть до разрыва отношений с Советским Союзом.

Парижская газета «Возрождение» поместила, например, 30 января материал под названием «Нельзя медлить». Обращаясь к французскому правительству, она призывала произвести осмотр дома по улице Греналь, 70, где размещалось советское полпредство, именуя его «притоном международных преступников». Здание пользуется экстерриториальностью, но есть возможности его нарушить, полагала газета: «Были прецеденты — разгром торгпредства в Лондоне, обыск полпредства с разрешения дипломатического корпуса в Пекине. Без осуществления такой меры поиски затрудняются до бесконечности, ибо все нити сходятся на улице Греналь. Время не терпит. Каждый упущенный день уничтожает улики».

Большинство журналистов, расследовавших случившееся и писавших об исчезновении генерала Кутепова, сходилось во мнении об ответственности Москвы за свершившееся преступление. Французская и зарубежная пресса была заполнена различного рода догадками и предположениями на этот счет. Много писалось об ответственности советского полпредства в Париже и о том, что именно там следует искать разгадку этого преступления. В местной печати появилось даже свидетельство со ссылкой на водителя такси, что якобы в 10 часов вечера 26 января тот видел, как около здания полпредства СССР остановился автомобиль, и двое в мягких черных шляпах под руки ввели в его здание человека в котелке. Не был ли это генерал Кутепов, задавалась вопросом пресса.

2 февраля новый председатель РОВСа генерал Миллер писал в Берлин начальнику II отдела Союза генералу фон Лампе о привлечении бывшего прокурора Палаты Жижина, сотрудничающего с РОВСом, к обработке всех материалов, связанных с похищением Кутепова, среди русских, в том числе и к проведению допросов. Размышляя о судьбе бывшего председателя РОВСа, Миллер писал: «Если Кутепова не вывезли за границу, что довольно трудно, то похитившим трудно рассчитывать, что преступление не раскроется», и им лучше идти на меньшее наказание. Или же он (Кутепов), рассуждал его преемник, «важен живым, чтобы выведать все, а потом можно и отпустить, или полиция найдет»^{121}.

Руководство Русского Обще-Воинского Союза призывало в это время своих членов к выдержке и недопущению необдуманных действий, полагая, что это будет на руку прежде всего большевикам. 7 февраля было опубликовано сообщение №2 начальника военной канцелярии РОВСа генерала Н.Н. Стогова. В нем информировалось о расследовании дела Кутепова и указывалось на тщательность действий французского правительства и полицейских сил. В сообщении высказывалось опасение, что большевистские провокаторы могут толкнуть на самочинные выступления, и содержался призыв к спайке, повиновению начальникам и единению. Информацию о каких-либо полученных сведениях по делу генерала Кутепова следовало направлять поручику В.В. Асмолову в канцелярию РОВСа на рю де Карм^{122}.

В опубликованном 8 февраля в парижском эмигрантском издании «Иллюстрированная Россия» интервью председателя РОВСа генерала Миллера содержался призыв к спокойствию и оказанию всемерной помощи французским следственным властям и представителям печати. Отвечая на вопрос о том, не было ли упущений с охраной Кутепова, Миллер указывал, что тот не любил ее, надеялся на себя и был бесстрашным человеком. Эта охрана не может предупредить покушения или нападения даже на премьеров и президентов, добавлял председатель РОВСа. Кроме того, указывал Миллер, Кутепов берег чужое время.

Большинство левых и некоторые либеральные издания Франции и других стран хранили по поводу исчезновения генерала Кутепова молчание или печатали краткую информацию о случившемся. Лишь французская «Юманите», газета компартии, поспешила заявить, что речь идет «о новом империалистическом наступлении на страну Советов».

С конца января первые сообщения и комментарии на тему исчезновения генерала Кутепова появляются и в советской прессе. Например, 31 января газета «Известия» опубликовала на первой странице два небольших материала на эту тему. Со ссылкой на французскую полицию, она сообщила, что генерал Кутепов покинул Париж в воскресенье и уехал неизвестно куда. Со слов белоэмигрантов, продолжала газета, строятся предположения о «похищении Кутепова большевиками», распространяются обычные байки о работе ГПУ за границей. Газета «Возрождение», указывало это московское издание, глухо намекает на возможность предательства и покаяния Кутепова, а также на возможность его появления в Москве.

3 февраля газета «Известия» поместила большую передовую статью и три материала в разделе «Последние известия», посвященные исчезновению Кутепова. Передовая статья этой газеты называлась «Где правительство г. Тардье?». События, происходившие в Париже, характеризовались как «поворот в политике Франции». «Эмигрантская свора» прибегла к прямому действию, сообщала газета, использовав в качестве повода «бульварную сенсацию — исчезновение белогвардейского генерала Кутепова». Газета возмущалась развернутой «разнузданной кампанией» и распространяемой во французской и эмигрантской прессе версией о том, что «это дело рук “Чека”, агенты которой якобы “похитили” Кутепова среди бела дня на улицах Парижа». «Советская общественность не может терпеть этой неслыханной дикой свистопляски, продолжение которой неизбежно грозит самыми худшими эксцессами и далеко идущими последствиями», — указывалось в статье. Особенно возмущало газету бездействие правительства Франции. Статья заканчивалась словами: «Советская общественность ждет ответа на вопрос, кем творится внешняя политика Франции в отношении Советского Союза: Тардье — Брианом или Миллером и Керенским? Где правительство Тардье?».

В разделе «Последние известия» этого же номера газеты был помещен материал ее собственного корреспондента из Амстердама под названием «Таинственная история с Кутеповым проясняется». Он был подписан фамилией А. Миллер (трудно сказать, была ли это действительная фамилия журналиста или ерническое подтрунивание над новым руководителем РОВСа). Со ссылкой на достоверные сведения, исходящие из кругов, имеющих отношение к правым элементам, указывалось, что руководство РОВСа в Париже нарочито затемняет обстоятельства исчезновения Кутепова. Эти круги, утверждали «Известия», считают абсолютно абсурдным предположения о «похищении» Кутепова элементами, враждебными русским белогвардейцам, так как двойная охрана Кутепова (со стороны французской полиции и самих белогвардейцев) исключала возможность этого. Ссылаясь на ту же якобы полученную информацию, газета писала, что виновники исчезновения генерала — сами белогвардейцы, та их часть, которая хотела замены Кутепова своим кандидатом на посту председателя РОВСа. «Есть проверенные данные, указывающие, что Кутепов, отчаявшись в борьбес этой частью белогвардейцев, решил уйти с политической арены, — утверждали “Известия”, — и уже давно подготовил дело своего ухода». Получив помощь от своих ближайших сподвижников, он 26 января «выехал незаметно в одну из республик Южной Америки, взяв с собой солидную денежную сумму». «Однако означенные круги не сомневаются, что обстоятельства под твердят эту единственно правдоподобную версию в недалеком будущем», — заверяло своих читателей это московское издание.

В этом же номере газеты «Известия» был помещен обзор французской прессы в связи с исчезновением Кутепова и реакцией на это событие под названием «Гнусная кампания французской буржуазной печати против полпредства СССР». Здесь же была помещена заметка «Демарш тов. Довгалевского во французском министерстве иностранных дел». В ней информировалось о том, что накануне советский полпред посетил генерального секретаря МИД Франции Вертело и сделал ему серьезное представление «в связи с развертывающейся наглой кампанией французской реакционной и русской белой печати против советского правительства и полпредства». Газета сообщала, что Довгалевский потребовал принятия экстренных мер к ограждению советского правительства и полпредства «от бесцеремонных выпадов и провокационных актов белогвардейцев», указав, что ответственность за последствия и непринятые меры ложится на французское правительство. В заключение этого материала с тревогой указывалось на то, что в Париже открыто говорят, что «кутеповцы под руководством Миллера организовали дружину для налета на полпредство». И об этом советский полпред также довел до сведения МИД Франции.

5 февраля газета «Известия» под рубрикой «Последние новости» поместила материал под названием «Грызня за кутеповское “наследство”. Подозрительная торопливость Миллера». В ней информировалось об отсутствии пока результатов поиска Кутепова, а также об изменениях, произошедших в руководстве РОВСа, намекая на то, что поспешный приход к руководству этой организацией генерала Миллера связан с предыдущими интригами и расколом в ней. В этом же номере было помещено сообщение ТАСС, информировавшее, что накануне полпред Довгалевский посетил премьера Тардье и обратил его внимание на открытые призывы белогвардейцев к насильственным действиям против полпредства, а также на полицейские гонения против «Союза возвращения на родину». Сообщалось, что Тардье подтвердил ранее отданное распоряжение о тотальной охране посольства и недопущении насильственных действий против него, а также обещал ознакомиться с вопросом о положении указанного Союза. Информировалось также, что вокруг советского полпредства «установлен бдительный дозор».

17 февраля центральный орган партии большевиков газета «Правда» поместила статью под заголовком «Нити исчезновения Кутепова ведут в Англию» с подзаголовком «Разоблачение англо-французской охранки». В этой статье утверждалось, что Кутепов «убран» Интеллидженс Сервис, чтобы вызвать англо-советский скандал. В качестве основания в статье содержались сноски на зарубежную печать и Перрье.

[6] В различных документах Перрье именовали то заведующим отделам префектуры полиции, то заведующим «секцией общих осведомлений», то директором сыскной полиции.