Право на бессмертие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Матросов медлил. В нем шла душевная борьба. Сердце говорило: «Саша, ведь можно пропустить своего друга. В конце концов нет большого преступления в том, что человек поболтал с девушкой и опоздал на какой-то час. С кем этого не может случиться? Тем более, что никто, кроме них, о проступке Рашита знать не будет». Но разум сурово начинал отчитывать бедного часового. «Если я пропущу Рашита, то вместо одного преступления этой ночью будет совершено два. Отличатся уфимцы... А ты, Саша, только что подал заявление о вступлении в комсомол. Хороший комсомолец, нечего сказать!..»

— Нет, Рашит, я не могу пропустить тебя, — наконец проговорил Саша.

Рашит, не веря этому, заявил:

— Ну тебя к чорту! Я пошел, — и снова было шагнул, но Матросов, щелкнув затвором, сурово крикнул:

— Стой! Буду стрелять.

Рашит вернулся, зло взглянул исподлобья и, разделяя слова, спросил:

— Если бы я побежал, ты бы выстрелил?

Саша, не задумываясь, ответил:

— Да.

И как бы подтверждая серьезность своего намерения, Саша приподнял винтовку и выстрелил вверх. Из караульного помещения тотчас выбежали люди.

— Друга выдаешь, — процедил сквозь зубы Рашит, — я тебя от медведя спас, а ты выдавать! Спасибо...

— Что случилось? Кто это такой? — спросил прибежавший начальник караула.

— Вот опоздавшего задержал. Курсант Габдурахманов из первого взвода...

Начальник караула кивнул головой, а потом приказал сопровождавшему его курсанту:

— На пост! Матросов, тебе смена. Веди арестованного!

Вот какая она, военная служба! Саша под винтовкой вел своего закадычного друга.

После этой знаменательной ночи, когда часовой Матросов задержал своего земляка, совершившего самовольную отлучку, Рашит был исключен из комсомола. Он подчеркнуто перестал замечать бывшего друга, и это одно уже говорило о том, насколько глубока была обида Габдурахманова...

...Рашит не простил этого случая. Минуло много дней, но ничто не намекало на возобновление прежних отношений между ним и Сашей.

...Однажды утром Матросов, возвращаясь из столовой, заговорил с Рашитом.

— Давай, Рашит, разберемся в наших отношениях, — начал было он, но Рашит даже не оглянулся и прошел мимо.

Матросов пожал плечами и направился в читальню. Он любил бывать в читальне, среди книг. Даже в Оренбургской степи он не переставал мечтать о далеком море. Когда разрешал командир отделения, Саша просиживал за книгами долгие часы. В читальню заходили и другие курсанты, но Матросова никто не мог отвлечь от чтения.

«...Песок, еще теплый от дневного солнца. Мы ложимся на него и глядим на камень в море. Этот камень — наши часы. Как только прибывающая вода покроет, «срежет» его, мы двинемся...»

Саша ощутимо представил себе морской песок, «еще теплый от дневного солнца», каменные часы, которые вода покроет, «срежет»...» Он был настолько увлечен своей мечтой, что вздрогнул, услышав над собой знакомый басок командира взвода лейтенанта Хайдарова.

— Что интересного нашли? Какая у вас книга?

Матросов живо поднялся:

— Здравствуйте, товарищ лейтенант. Пришвин — «По морю к Соловецким островам».

Хайдаров уселся напротив и, возвращая книгу, с улыбкой спросил:

— Если не секрет, скажите, почему заинтересовались этими святыми местами?

Саша растерянно ответил:

— Товарищ лейтенант, зачем мне святые места? Море я люблю.