Иррис нахмурилась.
— Что за тайна от меня?
— Завтра ночью я должна сделать кое-что в Истеваре.
— Нет.
— Я должна. Но я обещаю, что, когда вернусь, все тебе расскажу, Ирри. Я должна это сделать. Ты поймешь потом, почему. Я надеюсь, что ты захочешь и дальше быть мне подругой, когда все узнаешь.
Иррис вздохнула, тряхнув головой.
— Ты меня пугаешь, — сказала она.
Печаль тихо фыркнула.
— Представляю.
— Ладно, — сказала Иррис. — До послезавтра, — она встала, робко посмотрела на Печаль и раскрыла объятия.
Печаль вскочила на ноги и за миг обняла Иррис. И груз пропал с ее груди. Недели жизни без лучшей подруги, понимания, что она ранила ее, были грузом, и Печаль не подозревала, что носила это с собой.
Они отпустили друг друга, Иррис улыбнулась, поразив сходством с Шароном. Печаль ощутила укол вины.
Ей нужно было поговорить с Шароном, когда она вернется. По душам. Рассказать правду и ему. Иррис была права, они были сильнее вместе. Ей нужно было извиниться, хотя бы за похищение.
— И где ты находишься, по мнению твоего отца? — спросила у нее Печаль.
— Все еще в Восточных болотах, медленно собираюсь для пути на север.
— А если он проверит?
— Арран за всем следит, не покидает его, так что, если отец сделает что-то неожиданное, Арран или отговорит его, или хотя бы предупредит нас. Я подозреваю, что его внимание будет на твоем возвращении от Сыновьей Раннона, целой и невредимой.
— Нужно сказать ему, что это не настоящее, — сказала Печаль. — Чтобы он хоть не переживал.
— А если Веспус перехватит послание?
— Нет, я о том, когда вернусь. Нужно сказать ему, что я не была в опасности.
Иррис скривилась.
— Ему это не понравится.
— Если быть честной, то со всеми, — сказал Печаль.
— Ладно. Просто сделай это до того, как я вернусь, чтобы он успел успокоиться. Идем. Найдем остальных. Когда я уходила, Аркадий разбивал Мэла в картах, и я хочу увидеть, смог ли тот отомстить.
* * *
Лувиан был в комнате досуга со всеми, хоть он сидел один с книгой, поглощенный ею, и не поднял голову, когда Печаль подошла. Расмус. Мэл, Аркадий и Лоутон играли в сложную карточную игру. Судя по количеству деревянных фишек перед Аркадием, он побеждал.
Четыре человека посмотрели на Печаль и Иррис, но быстро повернулись к картам. Печаль их не винила. Мэл и Расмус зря играли с Рэтбонами.
Она отпустила Иррис и подошла к Лувиану, села на подлокотник его кресла, удивив его.
— Эй, — сказал он, просияв, когда понял, кто ему помешал. Он загнул уголок страницы и опустил книгу. — Как все прошло?
— Хорошо. Мы помирились.