Ужас Иннсвича: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вернувшись на скалистые утесы, где заканчивался тоннель, я упал на колени в облегчении от свежего воздуха и простого вида нормального мира: лунного света, гавани, лодочных доков и прибрежных зданий. Нормальный мир, — я благодарил Бога, потому что теперь я знал, насколько тонка грань между обыденной нормальностью и сверхъестественным ужасом. Кто знает, какие еще извращенные зверства скрывает мир под своей поверхностью? Я сидел, прислонившись к скале, и слушал, как вода плещется и разбивается о столбы пирса и берег, часть меня была парализована не только увиденным, но и тем, что всё это значило.

Я позволил соленому воздуху трепетать у моего лица и наполнять легкие; я знал, что моему телу и моему разуму нужно несколько минут отдыха, прежде чем я смогу рассчитать последствия моего следующего шага. Я тупо уставился на окруженную пирсами бухту, наблюдая, как тихие лодки мягко покачиваются на волнах, когда мои глаза обнаружили едва заметный подъем песчаной косы.…

Дьявольский Риф Лавкрафта, — подумал я. По крайней мере, это была чистая выдумка. Но кто поверит остальным? И поверил ли я в это?

Сначала я подумал, что у меня в глазах что-то мелькнуло, но чем дольше я смотрел, тем больше убеждался, что в ночной тишине гавани что-то мелькает.

Лодка, — решил я.

Это была всего лишь небольшая шлюпка, и на её борту, казалось, находился всего один человек, молча гребущий в бухту. В течение нескольких мгновений я наблюдал за загадочной сценой, происходящей под светом луны. Скорее всего, это был краболов или какой-нибудь рыбак, проверяющий сети, но я не мог бороться с искушением, мне казалось, что это было нечто большее. Когда тучи рассеялись, я увидел, что небольшая лодка намеренно села на мель на самой длинной песчаной отмели, а её экипаж, состоящий из одного человека, быстро высадился на берег…

Он пошёл по песчаной косе. И… что это у него в руках?

Действительность была такова, что одинокая фигура несла то, что с моего расстояния выглядело, как небольшой мешок. В этот момент завеса облаков полностью отошла от сияющей луны, и внезапно вся гавань засияла призрачным белым светом.

Даже на таком расстоянии я мог отчётливо всё разглядеть. Тащившаяся фигура несла то, что, я был уверен, было длинным грязным, чёрным плащом с капюшоном…

Зейлен.

Его продвижение замедлилось, когда он подошел примерно к середине отмели. Затем он просто стоял там в течение многих минут, его голова была наклонена вниз, как будто…

Как будто он чего-то ждал, — пришло мне в голову болезненное понимание. — Ждал что-то или кого-то из воды…

А потом из воды действительно что-то появилось.

Фигура, да, но обнаженная и мерцающая неровным зеленоватым оттенком. Оно было долговязым и тощим, но с длинными конечностями, почти плоской головой и острым лицом. Даже с этого отдаленного наблюдательного пункта я мог полностью разглядеть огромные немигающие глаза; они были похожи на хрустальные шары, сверкающие от какой-то флегматичной угрозы. В конце концов из воды медленно поднялись еще два первобытных лица, демонстрируя луне свое первобытное телосложение, одно явно женское, потому что у него была пышная грудь и гораздо более широкие бедра, чем у двух других, чьи мужские достоинства свисали до паха. Я был благодарен, что расстояние не позволяло мне рассмотреть ещё больше их физических деталей.

Первый протянул руку и взял протянутый мешок у Зейлена…

Мне не нужно было быть должным образом информированным о содержимом мешка, потому что, когда существо открыло его и заглянуло внутрь, оттуда вырвались тихие звуки, тихие, да, но определяющие все.

Мучительные вопли новорожденного младенца.

Все больше и больше это становилось похожим на правду. Как я мог отрицать то, что видели мои глаза? Какое разумное объяснение можно найти во всем этом ужасном безумии? На песчаной отмели три чудовища забрали свою человеческую добычу и вернулись в водные глубины, а Зейлен сел в свой ялик и поплыл дальше. А потом…

Бум!

Я уверен, что внезапный испуг заставил меня закричать. Потому что, наблюдая за происходящим, я совершенно потерял бдительность. Так как на месте, с которого я наблюдал за происходящим, на меня что-то агрессивно навалилось. И у этого что-то была бледная кожа, женское злобное лицо и странно мертвые глаза, полузакрытые копной длинных, чёрных волос. Холодная рука нападавшей сразу же схватила меня за горло и начала сжимать пальцы на нём с силой большей, чем моя собственная. Ужас от внезапности нападения, сменивший моё предыдущее откровение, заставил меня оцепенеть. Мои инстинкты оказались более чем решительными и вызвали защитные действия, какими бы слабыми они ни были. Только малейший кусочек воли заставил меня посмотреть на нападавшую, которая оказалась не монстром из морских пучин, а вместо этого это была враждебная и чисто человеческая женщина, разрывающая мне горло одной рукой и пытающаяся выдавить мне глаз второй. Её белые зубы сомкнулись в нескольких дюймах от моего испуганного лица, но мне всё же удалось приглядеться к ней, и я снова закричал, но теперь намного громче. Несомненно, мой вопль был слышен на многие мили вдоль берега; он эхом отскочил от темной воды, как пушечное ядро.

Голая дикая тварь, пытающаяся разорвать меня, была Кэндис, ранее беременная проститутка, которая также работала одной из непристойных фотомоделей Зейлена. Её раздутые груди казались слишком большими для такой худой женщины. После смерти у неё потемнели глаза, которые теперь напоминали смоляные пятна, её раздутые соски стали цвета синяков.

— Я видел тебя, — задыхаясь, прохрипел я, — в машине скорой помощи! Ты же умерла!

— Неужели? — сухо прорычала она в ответ.

Ни один порыв дыхания не вырвался из её рта, когда она это сказала, но хуже оказался её замогильный смех, когда она ещё сильнее сжала моё горло и потянулась второй рукой к моему паху.

— Мы могли бы хорошо провести время вместе, сэр…

Это была одна из самых отвратительных вещей: она ласкала мою промежность с нежностью любовницы, в то время как пальцы другой руки вонзались так глубоко в моё горло, что я боялся, что в любой момент она выдернет мою трахею вместе с адамовым яблоком и всё остальное из моей шеи. Для меня было очевидно, что смерть сделала её одним из так называемых «стражей».

Если мои крики не насторожили всё население водоёма, то выстрел из моего пистолета, конечно же, сделал это. Этот живой труп, который не так давно был молодой женщиной по имени Кэндис, был полностью отброшен в сторону скал. Это был смертельный импульс, который бессознательно контролировал мой ужас и сунул руку в карман, чтобы вытащить моё оружие.32 калибра. Пуля попала ей в левое ухо и вырвала изрядную часть правой стороны черепной коробки. Я задыхался, смотря, как обнаженный труп ударяется о стену камней, падая вниз. Защитные действия оставили меня забрызганным её холодным серым веществом, в мой рот попала дурно пахнущая кровь, которая казалась черноватой, а не красной, в ней слегка прослеживались нити какой-то чужеродной составляющей, которая светилась едва зеленоватым цветом. В общем, жижа, попавшая мне в рот и забрызгавшая почти с ног до головы, пахла мертвечиной и рыбой.

Расплата за мои действия наступила немедленно, потому что вдоль береговых сооружений тут же зажглись огни. Тем не менее, даже с простреленной головой и расплескавшимися мозгами по земле, Кэндис неуверенно поднялась и начала, спотыкаясь, идти в мою сторону, но недостаточно быстро, чтобы от её преследований был толк.

Я побежал вдоль скальной линии, надеясь на маскировку среди грязных валунов и ночной тьмы. В конце концов, я пересёк дорогу, проскользнул между двумя рыбоперерабатывающими заводами, построенными из серого кирпича, и скрылся в лесу.

Боже, защити меня, Боже, помоги мне, Боже, дай мне сил, — тщетно повторял я молитву в своей голове. Только пятна лунного света пробивались на опушку леса; я не осмеливался выходить на такие открытые места, потому что не хотел потенциально раскрывать свою позицию. Но, насколько дезориентированным я бы не был, я всё же был уверен, что двигаюсь в северном направлении, необходимом для того, чтобы сначала забрать Мэри, а потом, в конечном счёте, уже вместе бежать из города. Я знал, что впереди нас ожидают мили отчаянного побега, прежде чем мы доберёмся до безопасного места. Если бы я только мог найти Телеграф — некоторые из них, как известно, работают круглосуточно — или довольно редкий телефон. Но когда я пробирался между деревьями, иногда очень медленно из-за недостатка света, я знал, что есть место, куда я должен пойти прежде всего…