– Меня зовут Саши Секар. Я из Арвинии. А ты из Зоа, верно?
– Как?..
Джи переводит взгляд с него на всё ещё лежащего пластом на полу Санджи.
– Как догадался? По волосам. Ведь только в империи и у вас мужчины из королевской семьи носят косы?
Вообще-то Джи спрашивал не об этом. Но решает не уточнять. А Санджи тем временем садится и начинает растирать ногу чуть выше пятки.
– Саши! Ты идиот! Подножки тут ставить… а если бы что-то случилось с моим прекрасным телом?
Прекрасным? Джи бы поспорил. На его взгляд Саши со своими широкими плечами выглядит куда мужественнее, словно сошедший с картины гладиатор… Но для арвинца это вообще-то нормально. Говорят, из коренных жителей Арвинии выходят на редкость выносливые рабы, незаменимые на рудниках. А ещё – воины. Инструктор Джи был арвинцем. Он учил его обращаться с мечом. И он же, по слухам, мог справиться с десятком солдат голыми руками.
– Меня зовут Дж… Ситар Кайлаш.
В ответ Саши зачем-то вытягивает перед собой руку и прямо к нему. Джи удивлённо смотрит на раскрытую ладонь.
– Тебе, Ситар, надо её пожать, – доносится снизу от переключившегося с ноги на затылок Санджи.
«Как необычно».
Ладони касаются друг друга, и сильные пальцы Саши вдруг сжимаются – Джи от неожиданности пытается выдернуть руку, но арвинец не отпускает. Наоборот, дёргает за неё так, что Джи утыкается лбом ему в плечо.
– Видишь девушек? – раздаётся шепот у уха. – Та что выше и с короткими волосами – Дурга. Только посмей положить на неё глаз и быстро пожалеешь об этом.
Саши отстраняется. Слегка улыбается. И отпускает его онемевшую ладонь. Сначала показалось, что руку просто раздавят, так что смысл слов доходит до Джи не сразу, но тем не менее он быстро кивает и тут же роняет взгляд на пол. И замечает, что сидящий там Санджи хмурится и смотрит куда-то наверх. Ну что ещё-то?! Джи тоже поднимает голову и замечает под высокими сводами небольшой балкон. И какого-то человека с высоким чёрным колпаком на макушке – он явно пялится на них сверху, лица не разглядеть, но у Джи вдоль позвоночника выступает холодный пот.
«Что ещё за?.. Нет, не надо думать об этом. Точно, водоём. Я ведь так и не поплавал!»
– А ну стой!
За косу дёргают. Пол припечатывает спину, из груди вырывается странный сдавленный звук, а перед глазами возникает лицо – озабоченное и обрамлённое светлыми, но мокрыми кудрями.
– Ты про Рохана так и не рассказал!
Просто какой-то непрекращающийся кошмар. Куда он попал? Да что бы раньше хоть кто-то посмел его схватить, или дёрнуть за волосы, или уронить?!
С другой стороны, «раньше» – было раньше. И было ли вообще? Прошло всего несколько дней, а Джи уже начал забывать, что такое быть «господином», вокруг которого, пусть и без особо рвения, но всё же пляшут слуги. Даже младшие братья, обожавшие напоминать ему о его положении «ненаследника», никогда не опускались до рукоприкладства. И их словесные нападки, как и попытки унизить его, казались сплошным мученьем. Но теперь его трогают все, кому не лень! Хватают, дёргают, роняют…
А ведь как-то однажды случилось, что инструктор оставил царапину на его лице. И больше этого инструктора никто не видел. Помнится, Джи разозлился, кричал на мать, что он, мол, не девка, что шрамы украшают мужчину и всё такое…
Как давно это было, если уже кажется сном? Вот закрыть бы глаза, а потом открыть – и оказаться где-нибудь подальше от этого места… например, в той рыбацкой хибаре из рассказа.
– Ситар?
Джи садится, скрестив ноги, и косится на склонившегося Санджи.
– Очень хочешь знать?
– Конечно!
– А что взамен? От моего ответа только ты получишь выгоду.
– М-м-м… А ты не совсем дурак, Ситар Кайлаш… Что ты хочешь знать взамен?
Санджи разгибается и складывает руки на груди, а его пах, заросший светлым пушком, оказывается у самого лица Джи. Приходится тоже встать. И поймать на себе слегка удивлённый взгляд Саши – похоже и этот тоже в императорской опочивальне пока не бывал, да и о великих планах Санджи не в курсе. Но в его присутствии Джи почему-то совсем не хочется признаваться, что и в какой позе с ним делал Рохан.
– Потом, ладно?