Наконец-то определив направление, Джитендра исчезает.
Будь у него больше сил, он бы помог здесь… но той капли, что успела восстановиться, хватает лишь, чтобы бросить себя через ледяной промежуток переноса. Туда, куда Калидас его пригласил.
***
Вершина башни.
Ветер воет, словно беснующийся в путах зверь.
Но мгновения темноты ещё длятся… как вдруг по глазам бьёт яркий свет. Бирюза. Под ногами расцветает узор, ширится, на камнях вырисовываются круги, сложные символы и просто точки, линии, круги…
Непреодолимая сила заставляет упасть на колени.
Но шум в ушах наконец пропадает.
Сквозь сияние, поднимающееся от пентаграммы, становится видно двоих, прикованных к стенам невысокой башни, той самой, где по слухам живёт Калидас. Сюда Джитендру приводил и Джагжит. А сейчас этот лохматый слуга стоит на коленях с отведёнными назад руками, закованными в кандалы. Он почти висит на светящихся цепях – значительно тоньше чем, те, что были на Васу, но почему-то они кажутся в сотню раз крепче. И пульсирующий свет в них… словно живой.
По другую сторону от входа в пристройку, в той же позе, что и Джагжит, склонил голову Лал.
Но где Калидас?
Где ребёнок?
И что за ерунда происходит?! Разве мандега способны на подобные трюки? Если только здесь не помог какой-то саубха…
Ищущий взгляд Джитендры поднимается выше. И натыкается на маленькое тельце в пышном платье. Лилавати безвольно висит на цепях прямо над слугами почти у самой вершины. Её подол и кудрявые волосы безжалостно рвёт ветер, глаза закрыты.
Джи моргает. Ещё и ещё. Глаза заполняют злые слёзы. И в этот момент чёрное небо мутнеет и лица касаются холодные капли. Нет, это снежинки. Всё вокруг становится мутным. Но Джитендра не отводит глаз от верхушки башни. Он уверен, что Калидас там. И действительно, тот появляется на краю – прямой и худой, как стрела. С пустыми руками.
– Где мой сын?!
Вместо голоса из горла вырывается хрип.
Глава 33. Жертва
– Где мoй cын?!
Bместо голоса из гоpла вырывается хрип.
– …клятье…
Порыв ветра уносит часть слова. Hо Калидас явно и не думал продолжать разговаривать с самого верха. Просто шагнув за край, он медленно, словно снег, начинает снижаться.
– Где мой сын?!
– Да-да… замечательно… – раздаётся уже почти рядом. – Как я и думал.
Самодовольный мандега обходит пентаграмму по краю, поигрывая резной дощечкой. Нет, их там несколько, нанизанных на один ремешок. Джитендра не сводил глаз с Калидаса, пока тот не заходит ему за спину. Обернуться что-то мешает. Воздух кажется ледяным, обжигающим и… вязким, словно древесная смола, уже начавшая застывать.
– Знаешь, я не был уверен, что это сработает. Этот твой материнский инстинкт. Но ты и правда послушно последовал за мной прямо в ловушку… А ведь я уже похоронил и тебя, и Pохана, и свою мечту, но вы только посмотрите… никак Индра опять сделал глупую ставку и и подарил мне последний шанс! Как я могу его упустить?! Правда, вы так неожиданно вернулись… пришлось делать всё в спешке, от того и такая неприглядная композиция… ты уж прости.
– Где мой сын?
– Но что же это такое?.. Почему ты так пуст?.. Ах, наверное, телепорт? А всё потому, что потащил с собой столько бесполезного груза…
– Где… мой сын…
– Нет, это никуда не годится… но даже если способность не передастся…