— Если то, что мне говорили темные, правда, то драконы давно не бродят по этому миру, но мы никогда не причиняли вред связанным животным.
— Это моя вина, любимый, — Дэви повторила позу Нидхегга, но не встретилась с ним взглядом. — Если бы я не отправилась на твои поиски…
— Остановись. Сегодня мы начнем все сначала, Дэви. Никаких обвинений. Если бы я не был таким высокомерным, то никогда не позволил бы этим ублюдкам заманить меня в ловушку. Пойдем? — он выпрямил задние лапы и сложил крылья. — Клянусь Богиней, прекрасно быть свободным.
Эйслин наблюдала, как два дракона взмыли в небо. Дэви подождала, пока ее супруг очертит в воздухе несколько ленивых кругов, прежде чем присоединиться к нему.
— Я рада за них, — заявила Эйслин Руну и Белле. — Не так часто история любви имеет счастливый конец после такой долгой разлуки.
— Пойдем внутрь, — Рун направился к дому и обернулся, чтобы убедиться, что Эйслин идет следом.
— Не уверена, что смогу, — запах Фиона и ощущения его присутствия были повсюду в доме Марты. На мгновение Эйслин захотелось прыгнуть обратно в пограничный мир, чтобы помочь возлюбленному и Аравну. Она закрыла глаза.
«Я слишком устала. Устала от ответственности».
Жидкость увлажнила ее промежность. Кровь. Но было и кое-что еще.
Эйслин поднялась по ступенькам и вошла в дом. Она остановилась в дверях кухни и высвободила свою магию. Девушка так устала, но не было смысла идти навстречу чему-то неожиданному, Эйслин ранее уже проявляла небрежность и помнила чем это закончилось. Она подумала о неустойчивом положении дома, ведь тот был расположен на магических линиях разлома. Как только кельты вернутся, им придется сменить базу дислокации.
— Если они не вернутся, это не будет иметь значения, — пробормотала она.
— Конечно, Фион вернется, — в голосе Беллы звучало негодование. — Клянусь, этот человек, словно банный лист. Он всегда возвращается.
Эйслин наклонилась и взъерошила перья птицы, все еще сидящей на Руне.
— Надеюсь, ты права, — она провела рукой по мягкому меху волка и обвела кухню затуманенным взглядом. Ее поиски чего-либо недоброго закончились ничем. Поскольку гибриды сбежали из гробов, Эйслин задавалась вопросом, будет ли задняя часть дома когда-либо снова в безопасности.
Между ног снова закапала кровь. Она стиснула зубы, скрипнув ими. Ей нужна была ванна и место, где можно спокойно полежать и дотянуться до своего дара Целителя, чтобы восстановить свою утробу. Эйслин отстегнула ремни рюкзака и бросила его в угол кухни.
Волк прыгнул между ней и дверью, ведущей в коридор.
— Куда ты идешь?
— В заднюю часть дома, принять ванну и полежать.
Он зарычал на нее.
— Ты можешь помыться в ванной в передней части дома или в кухонной раковине, а затем отдохнуть в гостиной. Фион сказал…
Эйслин уперла руки в бока.
— Фиона здесь нет. С кем ты связан? С ним или со мной? — она нетерпеливо выдохнула. — Я все проверила. Думаю, там безопасно. Кроме того, мне действительно нужно пойти на чердак и посмотреть на Гвидиона и Брана.
— Мы сами это сделаем, — вмешалась Белла. Она клюнула Руна в висок. Волк сощурил янтарные глаза. Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но Белла снова клюнула его. Волку ничего не оставалось, кроме как развернуться и побежать по коридору.
Эйслин окутала себя защитным заклинанием, на всякий случай. Когда она заглянула внутрь себя, выискивая силы, то не удивилась, обнаружив, что они практически иссякли. Ей нужно было отдохнуть и подкрепиться. Девушка осторожно зашагала по коридору вслед за Руном и Беллой. Защита Фиона на двери чердака не пострадала. Заклятье было слишком сложным, чтобы разобрать все на части, поэтому Эйслин сосредоточилась только на той, которая удерживала дверь запертой. Тяжело дыша, она, наконец, открыла дверь для животных.
Ее зрение затуманилось от усталости, руки дрожали.
«Мне нужна еда, прежде чем я займусь защитой спальни».
Эйслин вернулась на кухню, встала перед банками и отправила в рот сухофрукты и орехи. Открыв кран на кухне, она выпила немного воды. Эйслин уже собиралась вернуться в холл, когда Рун с Беллой вбежал в кухню.
— Ну? — она посмотрела на них.
— Мне они кажутся такими же, — ответил Рун.
— Да. Живы, но одновременно мертвы. Мы тоже проголодались, — добавила Белла.