«Что ты задумал?»
Бог мертвых стиснул зубы.
«Если мы воспользуемся достаточным количеством магии, чтобы освободить их, то наверняка предупредим Перрикаса и Д'Челя».
«Интересно, почему они до сих пор не появились здесь», — мрачно пробормотал Фион.
«Если ты наложишь одно заклинание на другое, то это может сработать, — заметил Бран. — Это освободит нас в тот же самый момент, когда вы оба совершите прыжок».
Фион толкнул Аравна.
«Выкладывай. Как только я узнаю, что у тебя на уме, то смогу лучше оценить возможность слияния двух сил».
Темные волосы упали на лицо Аровна, когда он наклонился над обеими стеклянными камерами. Даже его мысленный голос был едва слышным шепотом.
«Если бы это была только магия Фиона и моя…»
«Нет, — прервал его Гвидион. — Тебе нужны все мы, чтобы обеспечить наилучший шанс. Как только мы будем свободны, Бран и я вернемся в наши тела… при условии, что они до сих пор живы и ждут нас».
«Как всегда, ты совершенно прав, — Аравн глубоко вздохнул. — Мой план состоял в том, чтобы использовать тропу мертвых. Это мое Царство. Они принимают меня».
Фион настолько сильно напряг мышцы, что их чуть не свело судорогой. Он ходил по тропе мертвых… и не раз. Из-за воспоминаний по его коже побежали мурашки.
«Как мы туда доберемся?»
«Мертвые не только на Земле, вопреки твоим ожиданиям».
Фион сжал запястье Аравна. Они теряли драгоценные минуты.
«Тогда куда идти?»
«Царство мертвых повсюду. Оно не знает границ».
Фион в отчаянии провел языком по зубам.
«Это не поможет».
«Риск, — продолжил Аравн, как будто Фион ничего не сказал, — заключается в том, чтобы добраться отсюда туда. Я не уверен, как строение этого пограничного мира вписывается в Царство мертвых».
«Риск, — пробормотал Гвидион, — заключается в том, что ты окажешься в ловушке безвоздушной пустоты, пока она не выжмет из тебя жизнь и не заставит навсегда погрузиться в сон».
Фион судорожно вздохнул.
— Шансы? — рявкнул он, прежде чем понял, что говорит вслух.
Аравн пожал плечами.
«Не знаю. Я никогда не пытался сделать это раньше, — он развел перед собой руками. — По крайней мере, пятьдесят на пятьдесят».
Фиону хотелось закричать, что этого недостаточно. Он должен был думать об Эйслин. Ему стоило принести ей свои извинения… и прожить вместе всю жизнь.
Цилиндр Брана замерцал.
«Вы должны решать быстрее. Я чувствую, как они приближаются».
Аравн повернулся к Фиону и сжал его руку.
«Я не предложил бы, если бы не верил, что это наш единственный шанс. В противном случае мы окажемся в роли связанных свиней, ожидающих, когда темные прирежут нас ради своего удовольствия».