(Не) отец моего малыша: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Неужели правда?

Каак? Ну как это млять возможно?!

— Демидову сюда! Срочно!!! — заорал в динамик телефона, так громко, что стёкла на окнах задребезжали.

Я не верил своим глазам. Я смотрел на ребенка и видел свою копию. Детскую. Волосы, такой же длины, такая же прическа. Идентичный цвет. Глаза один в один. Если взять мое детское фото и поставить его рядом с малым — ощущение такое, словно я вернулся в прошлое. Словно меня, когда я был ребенком, клонировали.

Вот я влип. Вот попал! Это ж надо такое. Что я наделал? Что я, бл*ть утырок недоделанный наделал? Он ведь мой. Мой, мой, моооой! Только слепой не понял бы этот ошеломительный факт. А Демидова? Боже. Я ей не верил. Я её с грязью мешал. Четыре года. Господи. Какой кошмар. Я не человек. Сейчас мне настолько херово, что хочется лупить себя по лицу, пальцы в кровь ломать, с разбегу биться головой об стены.

Лиля, бледная, как смерть, испуганная до одышки, она ворвалась ко мне в кабинет и начала отрицать наше родство, общаясь со мной на «вы». Естественно, будет отрицать, после того, как я с ней обошёлся — не лучше, чем с беспризорной, назойливой псиной.

Она так и не позволила мне сделать тест на отцовство. Убежала, громко хлопнув дверью. И ладно. Я сам его сделаю. Пока мне на всё насрать. Я в полном шоке. Когда они исчезли за дверью, я приглушил стресс двумя рюмками коньяка. Хохотал и рыдал одновременно от собственной тупости.

Это ж надо было так лохануться. Столько лет прошло. Ну, Большаков, ну ты конченный лох, который достоин получить всемирную премию: «Самый лучший кретин года».

Как странно, но этот мальчик, он больше меня не боялся. Он сидел у меня на коленях и с любопытством рассматривал моё лицо. Мне кажется, он тоже понял, кто я на самом деле такой, несмотря на то, что Демидова рассказала пацану занимательную байку, о том, что его папочку раздавила мусоровозка.

Ха, Цветочек! Очень смешно. Ты, детка, само остроумие.

Её дерзость меня выбесила. Ведь меня тоже можно понять. Я не знал. Врачи ведь... сказали. В любом случае, теперь я хочу заново обследоваться и немедленно сделать этот проклятый тест ДНК.

Она не позволила. Я её прекрасно понимаю. Но я не успокоюсь, пока не стану нормально дышать, пока не выясню правду. Если она против — сделаю это через силу.

Не прошло и часа, как я, подняв на уши своих людей, распорядился выяснить о Демидовой всё. Вплоть до того, сколько она раз в день, во время работы в компании, отлучается по нужде.

Ночь не спал. Пил и курил до чёртиков. А на следующий день, я наведался в сад, в котором числился Дениска, и забрал малыша в клинику, для сдачи материала. Наёмники доложили, что видели, как утром Демидова отвела сына в сад, поэтому я не стал медлить. Как ни странно, малой меня узнал. Ещё вчера, я успел шепнуть крохе на ухо, мол я — твой папа. А твоя мама просто ошиблась историей.

Демидова будет в ярости, иначе никак. Скажу, своим охранникам, чтобы немедленно забрали Лилию из дома и отвезли ко мне в пентхаус. Но что-то пошло не так. Тупоголовые бездари её потеряли. А когда нашли, на неё было страшно смотреть. Чёрт. И снова обстоятельства сложились не в лучшую сторону. Получилось так, что я практически довёл девушку до инфаркта. Не хотел. Сам пребывал в длительном аффекте. Ничего перед собой не видел, ни о чем, кроме сына, не думал. А потом, мне позвонили. И я, лишился чувств. Да, свалился мертвым мешком прямо на выходе из платной клиники, где мы с мальчиком сдали тот чёртов тест. Голова резко закружилась, взорвалась страшной болью, как будто её нашпиговали гвоздями и порохом. А очнулся уже в больнице, с иголкой в вене. В той самой, куда забрали Лили после обморока и нервного истощения.

Почему, спрашивается, я потерял сознание как трусливая баба?

Потому что мне сообщили, что Лиля беременна. Диагноз — угроза выкидыша.

***

Если бы не литры успокоительных, что вливали в меня несколько часов подряд через капельницу, я бы наверно сдох от череды бесконечных стрессов. Сначала, увидев слабенькую Лилию, лежащую в соседней палате, я, как обычно, вспылил. Не смог пока ещё принять тот факт, что с моей хронической проблемой, в отношении бесплодия, покончено. Раз и навсегда. Наговорил ей глупостей, но потом извинился. В любом случае, я ждал результатов теста. Если они окажутся положительными… тогда я, стоя на коленях, признаю себя всемирно заслуженным уродом и сделаю всё возможное и невозможное, чтобы Цветочек меня простила. Честно, будь я на её месте, я бы не простил. Но у этой малышки невероятно доброе сердце. Стыдно признаться, но я пользовался её добротой, её светлой душой, как чёрт питался этой сладкой, незамаранной ничем плохим энергетикой. Это меня и привлекало в крошке. Я питался её нежной аурой. Как окаянный. Именно поэтому мне всегда было охренительно мало моей светлой девочки. Поэтому я её и бросил, три года назад. Потому что думал, что выпью до дна. Испорчу, уничтожу, разгрызу на кусочки. И у меня в башке вертелись тысячи причин превратить в ничто наши отношения. Две из них — это: её предательство и желание надо мной поглумиться, завладев моими деньгами, соврав, что Дениска — мой ребёнок (как я тогда думал) и то, что я начинаю влюбляться в крошку, что противоречит моим принципам, моей гордыне. Ибо жил, придерживаясь некого личного кредо: «Кто в тебя плюнет хоть раз, сам же в этой слюне и утонет». Большаковы себя не на помойке растили.

Но, бл*ть, как же я ошибся в отношении Лилии. А ведь внутренний голос кричал: «Она не такая! Не делай ей больно!». Но я забил. После горького опыта прошлого уже ни во что не верил. Особенно, когда вспоминал третью жену. Меня аж корёжило всего, а из рта сочилась пена. Так вот и жил. Абсолютной ненавистью ко всем женщинам. Но узнав сумасшедшую истину, понял, насколько сильно облажался. В пору было бы услышать внутренний голос ангела и не швырять всех баб под одну гребёнку. Нет. Нет мне прощения. Я полное ничтожество. Надменная, эгоистичная, всевластная мразь. Я в этом убедился. И больше не стал считать себя крутым, всемогущим богом. В день, когда получил результаты теста на отцовство, я похоронил своё величье под грязным плинтусом, в крысином дерьме.

Передо мной лежали две бумажки, заверенные печатями. Мои глаза стали вдруг не моими.

Мать твою! Как такое возможно?!

Не. Может. Быть.

Денис мой сын. Это подтвердилось в 99,9%.

Первый документ — тест на отцовство. Второй — заключение о том, что да, я здоров. И каким именно образом исцелился, никто не мог найти этому феномену логическое объяснение.

Скорей всего, дело и правда в той моче, что я жрал в Тибете. А может, в женщине? Той самой, что была послана мне судьбой? Проблема не в бракованном члене, а в дурной голове. Что запретила организму дать добро на потомство от того, кого на самом деле искренне не любишь. Подсознательно не принимаешь как свою вторую половинку, как хранительницу домашнего очага. А женишься просто потому, что надо. Что так положено по статусу, что время тикает, а наследников для крупной империи всё нет и нет.

Я их сожрал. Порвал на куски проклятые бумажки и затолкал себе в глотку.

Жрал, рыдал, бил себя кулаком по груди. Выл, словно трусливая скотина, повторяя одно и тоже, одно и тоже:

Кретин! Кретин! Кретин! Кретиииин!

Ты столько зла ей причинил. Ты убил её морально. Ты конченый, конченый идиот! Мразь. Нелюдь. Чудовище.