А раз она так не закончилась, никому не хотелось смотреть Щипку в глаза. Я не знал, что будет со Щипком до дня Битвы. До этого он не нашел своего места среди мальчишек – и теперь вряд ли сможет это сделать. Трудно подружиться с тем, кто хотел тебя повесить.
Тело Дела лежало посередине поляны, и проходя мимо него, Питер сделал вид, будто его там нет.
– Кто хочет поплавать с русалками? – крикнул он, словно ничего особенно важного не случилось.
Билли громко закричал «Ура!» и остальные его поддержали. Похоже, все были рады, что Питер придумал им какое-то занятие вместо того, чтобы обдумывать недавние события.
Я не стал говорить, что скоро солнце зайдет и что после наступления темноты в лагуну порой заплывают акулы, разгоняя русалок. Не стал говорить, что мальчишки только недавно вернулись из долгого и бессмысленного похода в Медвежью берлогу и обратно и что им нужно поспать и поесть, чтобы не делать глупостей, из-за которых можно погибнуть.
Я вообще ничего не сказал, хотя Питер явно ждал, что я это сделаю. Ему ужасно хотелось устроить мне выволочку за то, что я с ними нянькаюсь, что порчу им все веселье, но я не поддался на его уловку.
Я смотрел, как они уходят: Питер впереди всех, остальные – уже забывая про Дела.
Вскоре на поляне остались только Чарли, Щипок и я. Щипок повернулся и уковылял в дерево зализывать раны: точь-в-точь как медведь, и такой же опасный.
Я поднял труп Дела – уже холодный и окоченевший – и понес туда, где хоронил тех мальчишек, которых мы потеряли.
Чарли тащился за мной: пушистый желтый утеночек – и гладил меня по плечу, когда я закопал Дела и расплакался так, словно никогда не остановлюсь.
Глава 8
Мальчишки вернулись только ближе к утру. Мы с Чарли решили спать на поляне у костра. Щипок скорее всего пострадал достаточно сильно, чтобы не представлять особой угрозы, но я не захотел подвергать Чарли опасности, полагаясь на это. В отсутствии остальных стоило держаться от него подальше.
Ночь была ясная и прохладная, птицы Нет перекликались друг с другом длинными распевами. Чарли умостился рядом со мной, словно пухленький жучок, и заснул. Я какое-то время лежал без сна, прислушиваясь к нему и к дыханию ночи вокруг меня – и гадал, как Питер может летать.
Я думал, мы поплывем на остров на лодке, но Питер увел меня в потайное место – очень-очень потайное место, которое поначалу показалось мне совершенно не интересным, так что я даже решил, что он меня дурачит. Нам пришлось уйти из города, далеко, и я был усталым, когда мы добрались, ужасно усталым, но Питер продолжал улыбаться, хлопать в ладоши и говорить мне, что все будет чудесно, так что я шел, даже когда мне уже хотелось закрыть глаза и свалиться. Когда мы добрались до потайного места, там оказалось большое дерево и дыра между двумя толстыми корнями, которые торчали из земли.
– Сюда, – сказал он, ткнув пальцем.
Я решил, что он точно меня провел.
– Но тут же просто дырка в земле, – проговорил я, и сам услышал, как плаксиво это прозвучало.
– Нет-нет, не просто! – возразил он с таким жаром, что я снова ему поверил. – Это волшебство, и только мы знаем, что оно тут.
Он подошел ко мне, обнял за плечи и указал вверх, за вершину дерева. Дерево было очень большое – больше некоторых городских домов, – а прямо над ним горели две звезды. Одна была очень яркая, а вторая – поменьше.
– Оно вон из-за той звезды, – сказал он, – второй, что справа. Эта звезда сияет над моим островом и над этим деревом, и если ты зайдешь внутрь, то выйдешь уже на острове.
Наверное, он увидел, что я сомневаюсь, потому что предложил:
– Я зайду первым, а ты за мной.
Мне показалось, что так стало немного лучше. Если он заходит первым, значит, не будет стоять у дыры, сыпать на меня грязь и смеяться – что казалось вполне вероятным. Он подскочил к дыре и скользнул внутрь так быстро, что я его почти не увидел. Я стоял на месте, не зная, лезть ли за ним: вероятность обмана все еще оставалась.
Его голова вынырнула из дыры, словно чертик из табакерки, и зеленые глаза засияли в свете звезд.
– Ну же, Джейми, за мной! Иди за мной, и ты никогда не вырастешь!
Я сделал шаг, и еще один – а потом оказался внутри, и земля вокруг меня словно бы сжалась.
Сначала меня разбудили крики и улюлюканье, а потом ветер принес запах моря, опережая их. Они ошалело вывалились из леса на поляну, и многие повалились прямо на месте, как только увидели дерево.
Я сел и ухватил за лодыжку Тумана, который шел мимо вприпрыжку, переполненный русалочьими песнями.
– Где Питер?