Его тревожит мое поведение, потому что он боится за меня, потому что он узнает все эти симптомы: ему уже доводилось видеть их раньше.
– Все хорошо, Калла, – бормочет он, но в его голосе я отчетливо слышу беспокойство, – все хорошо.
Но по его голосу я прекрасно слышу, что это не так.
Сумасшествие часто имеет генетическое происхождение.
Я кролик.
И я безумна.
Дэр обнимает меня за плечи, когда мы возвращаемся обратно к дому, но я кожей чувствую, как он бросает на меня короткие взгляды время от времени.
– Хватит, – наконец говорю ему я, когда мы проходим через сады, – со мной все нормально.
– Хорошо, – соглашается он, – я знаю, что ты в порядке.
Но он понимает все даже лучше, чем я, и ему прекрасно известно, что это неправда.
Сабина стоит на коленях перед дверью библиотеки, копая тяжелую английскую почву; она поднимает на нас взгляд из-за плеча. Когда она видит мое лицо, ее глаза сужаются, и она поднимается на ноги.
– Вы в порядке, мисс Прайс? – спрашивает она своим грудным голосом.
Мне хочется солгать ей, сказать, что все хорошо, но я точно знаю, что она видит изменения, которые во мне произошли. Если честно, когда она вглядывается в меня своими темными глазами, я уверена, она может читать мою душу, словно открытую книгу.
Я в замешательстве, и мое тело на минуту застывает на месте, а глаза бессмысленно вглядываются в ее лицо.
Она ловит мой пристальный взгляд и пожимает плечами.
– Я румынка, – произносит она, словно пытаясь мне что-то объяснить, а видя непонимающее выражение моего лица, она продолжает: – Я приехала из Румынии. Я цыганка. И я не стыжусь этого.
Она гордо приподнимает голову, ее подбородок выдвинут вперед, и я прекрасно вижу, что она далека от того, чтобы стесняться чего-либо. Она искренне ценит то, о чем мне рассказывает.
– Вам и не нужно стыдиться, – слабо убеждаю я ее, – это ваше наследие, и оно потрясает.
Кажется, мой ответ удовлетворяет ее, по крайней мере, теперь она не думает, что я смотрю на нее свысока из-за ее происхождения.
Ее темные глаза рассказывают мне целую историю, по ним я вижу, что знает она гораздо больше, чем я. Возможно, она даже знает больше обо мне, чем могу сообщить я сама.
Это безумие, я понимаю.
Но ведь совершенно очевидно, что теперь я окончательно сошла с ума.
Сабина подводит меня к бархатному креслу и мягко подталкивает меня к нему. Она бросает короткий взгляд на Дэра.
– Оставь нас, – осторожно говорит она ему, – я о ней позабочусь. С ней все будет в порядке.
Пару секунд он колеблется, взволнованно глядя на меня, я киваю ему в ответ.
Со мной все будет в порядке.
Я надеюсь.
Он уходит.
Сабина перебирает свои вещи, и когда она наконец заканчивает, я оглядываюсь по сторонам. На столике рядом со мной разложены карты таро, они образуют странную фигуру, словно я вошла в самый разгар гадания.
Я делаю резкий вдох, потому что в воздухе здесь что-то нависло.