– Очень хорошо. Можешь идти.
Ее взгляд опускается на письменный стол.
Я же наконец свободна, и когда вырываюсь из душной атмосферы ее кабинета в коридор, то могу расслабиться и побеседовать с Финном.
– Она ведь это несерьезно? – закатывает глаза он.
Я сползаю вниз по стене.
– Боюсь, серьезнее некуда. Не уверена, что она вообще знает слово «шутка».
– Я не собираюсь менять свою фамилию, – почти кричит в ответ Финн, – я Прайс и всегда им буду.
– Но ведь она не просит тебя ее менять, – стараюсь отвечать как можно более дипломатично, – ты умер. Ее условие касается меня. Но я ведь не буду менять ее, просто буду носить двойную фамилию.
– Папа разорвет нас на кусочки, – заключает Финн, и он абсолютно прав.
– Возможно.
Он прикусывает губу.
– Но возможно, нам стоит подумать над этим.
Как обычно, он говорит о нас как о едином целом. Потому что именно им мы и являемся даже сейчас, когда его больше нет в живых.
– Мне нужно кое-что, – говорю ему я, – гигиенические принадлежности, – и до того, как он успеет меня перебить, я добавляю: – Девчачьи штучки. Я думаю, мне нужно съездить в город за ними. Хочешь пойти со мной?
Он встряхивает головой:
– За женскими штучками? Ну уж нет. Я думаю, лучше мне остаться здесь и совершить воображаемую прогулку по саду.
– Хорошая идея. Я думаю, мне надо учиться больше бывать в одиночестве.
– Ты права, – кивает он, и я снова осознаю всю смехотворность ситуации: неужели я настолько драматична, что мне приходится додумывать реальность…
Очевидно, так и есть.
Я нахожу Джонса внизу и, немного поколебавшись, подхожу к нему.
– Не могли бы вы подвезти меня до города? Мне нужно попасть в магазин.
– Конечно, мисс Прайс, – кивает он, немедленно оставляя свои дела, – я пригоню машину ко входу.
Я стою снаружи и жду автомобиль, когда из парадных дверей выходит Дэр, от его внешнего вида у меня перехватывает дыхание, он одет во все черное: деловые черные брюки и темную рубашку. Он вырывается из дома подобно ветру и останавливается рядом со мной.
– Тебя подбросить? – спрашивает он, оглядывая меня с головы до ног в поисках малейшего проявления слабости.
– Конечно, но разве ты умеешь водить? – задаю я ответный вопрос, но сразу же осознаю всю его глупость, потому что я своими глазами видела, как он куда-то приезжает и возвращается по ночам.
Он задирает голову вверх.
– Иногда. Но чаще лень одолевает меня.
– Понимаю, – киваю я, – но в любом случае мы можем прокатиться вместе.
Он опирается на стену дома.
– Тебе нравится твоя комната? – заботливо интересуется он просто потому, что хочет услышать положительный ответ.