Липкая алая субстанция покрывала некогда белоснежные стены, пол… Трупы с отрубленными конечностями в неестественных позах валялись везде, куда ни глянь. Кто-то судорожно пытался встать и позвать на помощь, а у кого-то в глазах не виднелось ничего, кроме пустоты. Одновременно помещения заполнял чёрный едкий дым, выходящий как раз из оружейной. Он походил на плотное покрывало, зловеще хватающее в плен любого вошедшего.
— По… помо… гите…
Эрик посмотрел вниз. Возле его ног лежала женщина, в чью грудь кто-то безжалостно воткнул копьё. Она с мольбой смотрела на него, а затем неожиданно опустила голову, повязшую в луже крови.
Фениксы. Везде лежали Фениксы. Рабы, что жили во дворце — всех убили. Убили как раз за то время, пока он с Нейт пробирался к западной стене Дивитая. К горлу подкатила тошнота, которую Эрик старался подавить.
Академия… Точно также он помнил, как убил ту девочку… Как она умерла от его руки, как она безжизненно смотрела на него… Он ничего не мог сделать! А потом он вновь и вновь переживал тот день с новыми жертвами. Академия…
«Очнись!» — кричал голос разума. Да — он должен проникнуть в оружейную. Аластор и Лена могли давно скрыться в туннеле.
Он бежал к оружейной, не чувствуя своего собственного тела. Он словно превратился в одну мысль, мчащуюся через длинные коридоры дворца. Зачем кому-то убивать рабов, которые не имели к восстанию ну точно никакого отношения? А если имели — зачем так жестоко? «Потому что Империя — это одна сплошная жестокость и промывка мозгов», — напомнил он себе. Почему он раньше не сбежал отсюда с Аластором, когда был шанс? Потому что он хотел славы? Хотел купаться в чужой крови? Он ненавидел себя. Пришла пора поплатиться за ошибки.
Вдалеке мелькнули силуэты. Где-то штук пять. Их смех контрастировал на фоне криков и воплей рабов, умирающих прямо возле них. Эклипсы Элитного Отряда. Эрик в ступоре остановился около них, не в силе ничего сказать. С их клейморов стекала кровь, да и сами они были ею покрыты от пят до головы. И их счастливые лица…
— Давно не виделись, — усмехнулся кто-то из Эклипсов, поворачиваясь к Эрику. — Вы кого-то ищете?
— Что вы наделали… — прохрипел Эрик. — Вы хоть понимаете, что нарушили…
— Императрица лично велела нам расправиться со всеми рабами во дворце, чтобы восстания точно не произошло. Сейчас здесь находимся только мы, ну ещё и трупы. Что-то не так?
— Вместо убийства вы устроили здесь дворец пыток, — Эрик сделал глубокий вдох. Нет, пока ещё не время давать волю чувствам, хотя руки чесались схватить клеймор. — Разве это входило в приказ?
— Извините, Эрик Кали, это не ваше дело. Мы получили приказ, который мы исполнили так, как хотели, а вы должны сейчас охранять Нейт. Кто тут нарушил приказ?
Рядом с Элитным Отрядом мелькнул чей-то до боли знакомый силуэт. Один из воинов тащил за грязные волосы маленького мальчика, чьё тело безжизненно волочилось по кровавому полу. Мальчик не двигался, не дёргался. Лишь с трудом дышал.
«Аластор…»
— Он… он же не Феникс! — Держать голос холодным стало настолько тяжело, что в нём явно слышались нотки ужаса.
— Эрик Кали, это не ваше дело! — Эклипс начал терять терпение. — Императрица дала приказ — убивать всех рабов и развлекаться. Вот мы и развлекаемся. Мы — Сосуды. Предками нашими завещано уничтожать Фениксов и унижать их!
Кто-то начал истерично гоготать. Эклипс, тащивший Аластора за волосы, обернулся. Его алые глаза сияли вседозволенным безумием.
— Я не хочу убивать эту прелесть, — ухмыльнулся он. Улыбка растянулась алой линией до ушей. — Он такой душка, когда в состоянии полуобморока кричит: «Эрик! Эрик!» и всякое такое. Прямо мило смотреть. Мне нравится видеть безысходность в глазах. Он так забавно плакал и звал вас по имени, умоляя, чтобы вы его спасли…
Лязг металла.
Эрик, стоявший в начале коридора, за одно ничтожное мгновение переместился в его самый конец. Он ловко взмахнул клеймором, и капли крови слетели с его лезвия прямо на пол. Другой рукой он прижимал к себе Аластора.
Послышался отвратительный звук падения мягкого тела о твёрдый пол. Рубиновые ручьи начали растекаться по полу, сливаясь с кровавым морем. Эклипсы вздрогнули, расступаясь от трупа бывшего товарища.
— Ты… ты что творишь?! — заверещал один из Эклипсов. — Ты хоть знаешь, что тебя убьют за это?!
Эрик наконец соизволил обернуться. От серых глаз ничего не осталось — они обрели грязно-алый оттенок, а зрачок сузился до узкого когтя. Эрик презрительно оскалился, до боли в пальцах сжимая рукоять клеймора. Магия Эклипса невольно выплёскивалась — она не вмещалась в его теле, резко ставшем таким тесным и маленьким.
— Молитесь, выродки, — прошипел он через плотно стиснутые зубы.
— Ты не посмеешь! — кто-то нервно захихикал. — Тебя убьют! Мы — воины Элитного Отряда! Нас нельзя…
Эрик, с лютой ненавистью оглянув всех воинов, поднял свой клеймор.
Закат догорал. Лучи солнца лениво проникали через большие окна дворца, из-за крови обретая алый цвет. Пожар, вызванный магией одного из Эклипсов, потух. После него остались сплошные кубы чёрного дыма, как змеи окутывающие коридоры. Тишина.
Аластор приоткрыл глаза, опухшие из-за слёз. Он дрожал. Мальчик начал испуганно оглядываться по сторонам.
— Эрик… — прошептал он.