— Что произошло… — прошептала Лена.
— Погоня, — отрезал Эрик, хватая Аластора на руки. — Следуй за мной.
Повторять не пришлось. Лена, превозмогая боль, вскочила на ноги. Кивнув, юноша исчез во тьме тоннелей.
Чем дальше они продвигались вглубь, тем отчётливее слышались крики Эклипсов, которым велели разыскать их любой ценой. Множественное ветвление туннелей не помогало — пусть они и потратят время, чтобы обыскать ложные пути, они рано или поздно отыщут их. Лязг металла становился всё ближе. «Подавляй свой внутренний поток энергии», — Эрик старался расслабиться. Эклипсы, как акулы, чующие кровь — малейшее проявление магии — и конец.
— Быстрее! — оглядывался Эрик на Лену.
Аластор сильнее цеплялся ручками в плечо юноши. Он плотно поджал губы, с боязнью смотря в темноту, остающуюся позади.
Сбоку упал камень. Лена плотно закусила язык, чтобы не вскрикнуть. Эрик уже свободной рукой потянулся к клеймору, висевшему за спиной, грозно обернувшись через плечо. Брови зловеще сомкнулись в одну изогнутую линию. Такая поза предвещала опасность, грозившую всем, кто подойдёт к ним. Лена невольно восхитилась — Эрик не просто беглец, нарушивший закон Империи. Он — Эклипс высшего ранга, равному которому нет нигде в мире. Он — наследник Кали, сын лидера мятежников.
Убедившись, что поблизости нет врага, Эрик продолжил путь. Одно мгновение — и он обогнал Лену, с проворностью кошки двигаясь вдоль стены. Хоть он и выглядел непреклонно, пот лился с него, несмотря на жуткий холод. Вдобавок он прекрасно чувствовал, как дрожит Аластор.
Эрик остановился, резко утянув Лену в какой-то едва заметный проход в стене. Девушка невольно потянулась к кинжалу, который всегда держала при себе. Даже Аластор с трудом проглатывал крики, дрожь его усилилась. Его щёки рассекали мокрые дорожки слёз. Все они чувствовали, как запах постепенно впитывал в себя запах тёмной магии и огня.
— Внутрь, — прошептал Эрик одними губами.
Лена старалась не обращать внимание на тихий треск костей под ногами. Черепа, оторванные конечности, давно разложившиеся в земле — от всего этого скручивало живот. Что она здесь ещё увидела бы, будь здесь больше освещения?
В стене имелось небольшое углубление, в котором они с трудом поместились. Если затаить дыхание, то Эклипсы смогут пройти мимо, не обратив внимание на едва заметный прорез в стене. Лена до жути боялась набрать в лёгкие больше воздуха, боялась даже дышать… По спине начало ползти что-то склизкое. Девушка сильнее стиснула зубы. Что бы это ни было — всё лучше, чем быть найденными разъярёнными солдатами.
Чтобы хоть как-то отвлечь себя от мыслей, Лена посмотрела на Эрика. Из-за тесноты проёма, они вплотную стояли друг к другу. Его дыхание, ровное и глубокое, согревало и чем-то напоминало обжигающее дыхание матери, когда та обнимала её. Тёмные глаза Эрика по-прежнему выражали глубокую скорбь, которую можно было разглядеть, внимательно присмотревшись. Он старался скрывать чувства, но всё равно их отражение мелькало в глубине взгляда, направленного в туннель, где раздавались крики. Лена осторожно взяла его за руку, и он вздрогнул. А затем робко улыбнулся.
Аластор, напротив, старался не смотреть в туннель. Он плотно закрыл глаза, наивно надеясь, что так он станет невидимым.
— Наверняка он направится в другой город, чтобы ограбить его, — раздался низкий голос одного из Эклипсов. Слишком близко. Слишком громко. — Возможно, в Ветустус. Там он возьмёт корабль и уплывёт на континент. Если у него, конечно, сохранился рассудок.
— Не дури! — прошипел его товарищ по оружию. — Если б у него сохранился рассудок, он стал бы императором и не выпендривался! Ты же знаешь — эти дети всегда хотят выделиться.
На мгновение один из Эклипсов остановился. Эрик, освободившись от руки Лены, вновь потянулся к клеймору, и на этот раз Лена смогла разглядеть его лицо. Он боялся не меньше её, и всё равно страх выдавал только его тревожный взгляд. Лена ощутила, как юноша расслаблял тело.
— Может вернёмся и скажем, что у нас нет шансов?! — рявкнул какой-то Эклипс. — Как ни крути, Эрик — лучший из лучших, и он знает это. Он сейчас может находиться в нескольких десятках километров от Дивитая! Это всё равно, что ловить дым!
— Кто-то видел, что он прихватил с собой одну из этих тварей. С ней он точно не уйдёт далеко.
Эрик стиснул зубы. Солдат, сказавший такую гадость, оказался прав — с Леной далеко не уйти. Она значительно тормозила его. Оставив девушку, он сможет сбежать с Аластором либо к матери, либо на континент, украсть там корабль и скрыться. А можно использовать магию Эклипса и улететь самому, пусть это будет и очень опасно. Эрик старался подавить эту мысль. Это говорил не он — это говорила та часть Эклипса, которого создала Академию в нём.
С разных концов потайного хода сбегались остальные солдаты. Их становилось всё больше, а значит, что сидеть здесь целую вечность нельзя. Когда первая волна Эклипсов скрылась за углом, Эрик юркнул обратно в тоннель; Лена вышла следом. Он взял её за руку и побежал вперёд. «Мы не можем использовать ни силу Эклипса, ни клейморы, — напомнил себе юноша. — Если нас найдут, придётся сражаться никчёмными кинжалами. Иначе шаткие ходы развалятся, и нас похоронит заживо. Проклятье. Даже если я поставлю барьер, мы не сможем выбраться из-под завала и будем сидеть так, пока нас не найдут или мы не сдохнем сами. Самое страшное — хрупкости этих туннелей понимают только те, кто часто по ним ходит. Остальные, в погоне за моей головой, используют и клейморы, и всю магию Эклипса. Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт!»
В Академии проходили урок, где курсантов учили прятаться и нападать из-за углов. Можно применить знания, дабы разделаться с солдатами, преграждающими путь к одному из выходов. Их всего шестеро. В засаде, тем более, зарезать их кинжалом даже легче, чем клеймором. «Я использую знания из Академии против Академии», — усмехнулся Эрик. Как иронично. Слышала бы его Нейт, которая всегда восхищалась подобными уроками.
Нейт. Или же императрица Нейт Парвати самолично отдала приказ принести голову Эрика Кали. Возможно даже за достойную плату. Самое ужасное было то, что все эти двенадцать лет он знал девушку, как никто другой, и она считалась его лучшим другом. Ослеплённый сначала горем, затем заботой об Аласторе, он не видел полностью её души. Неужели всё это — просто игра? Она специально втиралась в его доверие… «Нет», — остановил себя Эрик, стараясь не слушать крики Эклипсов, доносившихся совсем рядом. Нет — иначе бы Нейт воспользовалась шансом и постаралась убить его, пока возможность прыгала в её руках. Она сама была в ужасе. Так или иначе, для неё долг — важнее всего. Эрик не мог винить её за это. Когда-то он сам превратился в такое чудовище, потому что мысли о престоле вскружили голову.
Эрик остановился возле угла. Дальше, около входа, караулили несколько Эклипсов, загораживающих собой проход наружу. Их оказалось больше десятка. «Сдохни всё!» — яростно зарычал Эрик. Они уже успели понаставить везде солдат, чтобы тем самым отрезать все пути на свободу! «Твоя жажда крови — это острие меча. Твои раны — это огонь, дающий тебе больше жара в плоти. Твоя ненависть — самая мощная магия. Твой стук сердца — это музыка, в такт которой ты нападаешь».
Эрик пристально посмотрел на Лену, а затем осторожно передал ей дрожащего Аластора.
— Эрик… — жалобно пролепетала девушка. — Ты же не…
— Не заставляй его смотреть на это, — процедил Эрик. — Иного выбора нет.
«Она увидит в тебе монстра, — смеялся голос в голове. — Ты и есть монстр!»
Нейт говорила: «Тьма является заклятым врагом для напуганных птенцов; для хищников тьма — это верный друг и помощник в кровожадных охотах». Эрик давно осознал, насколько подруга заблуждалась. Тьма — идеальный инструмент убийства для тех, кто умеет ей пользоваться.
Сзади послышались шаги. Эрик мимолётно обернулся, вытащив с лёту два кинжала из ножен на бедре. На расстоянии десяти метров на них смотрели три Эклипса. «Ещё с десяток за углом», — пронеслось в мыслях.