Часы показывали без десяти девять. Девять вечера — самое странное время для ужина. Может, для влюблённых парочек — самое то, ведь в Империи ночь всегда царствовала намного дольше, чем день, в любое время года. Придворные сидели в тепле и уюте в такое время, где-нибудь возле камина с горячим чаем в руке. А вечер сегодня, несмотря на разгар лета, решил выдаться холодным.
Эрик направился в сторону императорского сада, погружённый в свои мысли. В стенах дворца стало слишком одиноко. Вся суета исчезла, превратившись лишь в слабые отголоски и смех где-то в комнатах. В саду хоть немного пооживлённей — дамы сидели в плетёных креслах, укутавшись в тёплые шубы, а их кавалеры крутились около и всё время что-то спрашивали. Большинство окон дворца выходили как раз на живописные пейзажи сада, о котором заботился не один десяток рабов. Аккуратные кустики вдоль тропинок, посаженные цветы в форме каких-нибудь причудливых животных, чистая вода в фонтанах свидетельствовали о беспрерывной работе над райским местечком.
Нейт вышла ему навстречу в красивом шёлковом платье. На плечи она накинула небольшую курточку, сделанную из лисьего меха. Эрик никак не смог свыкнуться с мыслью, что отныне и навсегда девушка будет ходить в роскошных нарядах, без доспехов. Будущая императрица приветливо улыбнулась, из-за чего на душе у Эрика сильнее похолодело.
— Отлично выглядишь, — только и сказал он. Нейт всегда знала, что ухажёр из него ровно такой же, как из медведя рукодельник, поэтому он чувствовал себя спокойно. Есть же вещи, которые не меняются со временем.
— Как девушка? — язвительно спросила она.
— Можно сказать, уже как императрица.
Нейт провела Эрика к небольшому плетёному столику, заставленному всякими угощениями. Да, она определённо готовилась к этому вечеру. Девушка взмахнула рукой, и её телохранители удалились в другой конец сада, одновременно не спуская глаз с Эрика.
Нейт уже сделала первый глоток своего кофе. Дальше просто сидеть и смотреть на неё будет очень невежливо. Эрик взял свою кружку и поднёс её к губам. Отпив, он едва не поперхнулся. На глаза чуть не навернулись слёзы от охватившего чувства ностальгии. У Фениксов было принято добавлять в кофе растопленный шоколад и мёд. В городе Фениксов он пил его вместе с Анджелой и Мартином, а в Империи кофе принято было подавать без специй. От нахлынувших воспоминаний сердце защемило. Но сейчас Эрик не хотел прятать их в душе, он хотел дать им волю, почувствовать себя неодиноким, как учила его Лена — не избегать прошлого, а встретиться с ним. Он помнил, как после кофе мама всегда целовала его и Мартина в лоб, перед тем, как они побегут играть во дворе. Как Мартин задорно смеялся, как сияли его глаза… Эрик захотел закричать от боли. Академия отняла у него личность целиком, оставив послушного курсанта, каким он всегда был, есть и будет.
Нейт выжидающе смотрела на него. Эрик поставил чашку на место. Специально ли она приказала рабам добавить именно такие специи, или она просто любила сладкое, а он не знал об этом?
— Странный кофе, — процедил Эрик.
— Нашла старые рецепты и решила попробовать, — ответила она. — По-моему слишком сладкий. А тебе, как я вижу, понравилось?
— Просто я сам люблю сладкое.
Эрик быстро осмотрел угощения, ломящиеся на столе. Одни сладости, которые любили готовить Фениксы на Огненном Фестивале. По коже побежали мурашки.
— Я подумала, что могу сделать тебе приятное, раз я обладаю какой-никакой властью, — Нейт улыбнулась. — Помнишь, ты рассказывал мне о жизни до Академии? Меня всегда восхищало, как ты описывал эти лакомства на том празднике Фениксов. Не помню названия, да и неважно. Я и подумала, что тебя сделает немного счастливее напоминание о той жизни.
Эрик нервно сглотнул. Не знай он Нейт, он бы расплылся от такой заботы.
— Это слишком щедро с твоей стороны, — попытался выдавить из себя Эрик. — Учитывая, что ты ненавидишь Фениксов…
— Мы с тобой находимся в напряжённой обстановке. Хочется поговорить в уютной атмосфере, забыв, кто мы такие и что нас ждёт. Эрик, мы же с тобой друзья. Скоро даже больше… Я не хочу отдаляться от тебя. А мы заметно отдалились.
— Просто я не хочу беспокоить тебя, вот и всё. Ты так стараешься на этих уроках этикета или что там у тебя…
Со стороны могло показаться, что это щебетание двух возлюбленных. На деле началась жестокая игра. Чего хотела Нейт? От всего этого заболела голова. Анджела со своей революцией, чудовищные планы Людмилы Лавровы, а теперь ещё и его подруга что-то задумала. Кто там говорил, что все женщины — невинные существа? Они сплошная головная боль.
Нейт накрыла своей рукой руку Эрика. Холодная. У Лены кожа всегда была очень тёплой, нежной.
— Когда я стану императрицей, я сделаю условия в Академии лучше! — заявила она. — Ох, Эрик, я так мечтаю об этом дне! Ты не представляешь! Столько всего мне надо изменить! А когда мы наконец поженимся, у нас будет ребёнок. Самый красивый ребёнок. Он будет учиться в Академии, вместе с Аластором. Они будут защищать друг друга, а потом они станут Эклипсами. А мы с тобой будем править вместе и превратим Империю в развитое государство, где властвует не только магия, но и технологии!
Эрик с трудом сдержал дрожь. Не Нейт ли знать, насколько обременительна стезя императора? Всё это звучит прекрасно, очень красиво и по-детски мило, но это всё — лишь глупые мечты. Может, Нейт и думает, что они действительно станут прекрасной парой, Эрик умом понимал, что это невозможно. Они слишком разные. Глупости всё, что противоположности притягиваются и всё такое. Раньше он считал, что любил её. Он смотрел на её тело на тренировках, мечтал поцеловать. От страсти больше ничего не осталось, на то она и страсть. Он видел в ней друга, но не более.
— Аластор… — прошептал Эрик. В горле засел ком.
— Он будет в Академии, где ему и положено быть, — мягко ответила Нейт. — Разве мы это не обсудили?
«Это глупо!» — так говорил рассудок. Слишком много лжи за последние года, когда-нибудь Аластор придёт в Академию, где все узнают, что он представляет из себя на самом деле. Просто обычный мальчик, не обладающий никакой силой. Если уж и рассказать правду, то именно Нейт. Ещё никогда они не разговаривали друг с другом настолько откровенно, не как товарищи по оружию. Если Нейт любила его — она обязательно должна понять.
— Вдобавок, — Нейт взяла в руки чашечку с кофе и медленно сделала глоток из неё, — на лучшую жизнь Аластор никогда не мог рассчитывать.
Эрик поперхнулся. В горле всё пересохло.
— Что? — Он почувствовал себя несмышлёным курсантом.
— Все дела, касаемые Империи, всегда передавались мне, когда я встречалась с отцом. И так было на всех курсах. В той деревне, где, якобы, ты нашёл Аластора, никто не выжил. Даже если бы Аластор родился там, его убили бы сразу, потому что клану Тэнэбрэ плевать — Сосуд ты или Феникс. Ты сказал, что нашёл его в лесу, но до этого Эклипсы осмотрели всю близлежавшую территорию. Я всегда удивлялась, почему ты так печёшься о нём, почему не хочешь, чтобы он пошёл в Академию. И почему ты соврал мне.
Девушка говорила каждое слово легко, без притеснений. Сразу видно, что она давно смирилась с данной мыслью и жила с ней не один год.