— Был у нас смешной случай! — начал рассказ Иньков, — все вы знаете, что повара и обслуга живут в общей каюте, в корме: старший повар, его помощник, буфетчица и уборщица. Причем сочетание может быть разнополое. Так вот, старший повар все время приставал к буфетчице!
— С предложением жениться?
— Если бы! Ну вот, буфетчица пожаловалась капитану на эти домогательства. Капитан тоже имел на нее свои виды. Он вызвал повара к себе в каюту и долго его песочил. Тот слушал-слушал, а уходя буркнул:
— Все равно трахну!
Громкий хохот слушателей был Инькову наградой за рассказ.
Посыпались уточняющие вопросы:
— Чем все это закончилось? Добился повар своего?
— Конечно! Подпоил буфетчицу, а пьяная баба — всеобщее достояние!
— Сколько лет вашему повару было и вашей буфетчице?
— Буфетчице лет двадцать пять! А повар старый, седой весь, за пятьдесят!
— Старый хрыч!! Похотливый какой и наглый!
Вернулись из клуба парни расстроенные и сердитые, раздеваясь ворчали:
— Вот невезуха! Сегодня в клубе был слет молодых лесопильщиков! Производственным опытом делились! Хотя бы объявление загодя повесили!
— Если бы повесили, то вообще бы никто из молодежи не пришел! А тут много молодежи собралось, вроде нас, которые на танцы надеялись!
Коля Баранов ворчал и ругался больше всех:
— Лучше бы в казарме просидеть весь вечер, чем бродить без толку туда-сюда! Ноги-то не казенные! К тому же «остограмились» совсем за зря, впустую деньги потратили!
— Ты прав Коля! Тут ребята такие истории рассказывали! Страшные и смешные! Заслушаешься!
— У меня тоже смешная история получилась, от которой мы все пострадали! — устраиваясь удобнее в кровати сообщил Баранов.
— Какая история? Почему мы о ней ничего не знаем? — со всех сторон посыпались вопросы заинтригованных товарищей.
— Меня вызвал к себе начальник мореходки и замполит, почти полчаса воспитывали! Из-за пустяка! Однажды вечером я побежал в туалет, очень приспичило! На ходу надевал тельняшку, глаза тельняшкой закрыло ничего не вижу и на бегу столкнулся с комендантом. Он упал и заверещал своим дребезжащим голосом. Я извинился, думал дело этим и закончилось. А он пожаловался начальству будто я нарочно толкнул его!
— Он обычно любит сам всех наказывать, а не жаловаться! — заметил наблюдательный, сообразительный и всегда справедливый Шмаков.
— Только не в этот раз! Он на хорошем счету у начальства! На нем держится все общежитие и вся дисциплина в казарме! Поняли, к чему я все говорю?
— Неужели из-за этой глупой случайности нас всех сюда переселили? — догадался Шмаков.
— Именно! Замполит так прямо и сказал, что придется для вашей группы другое место проживания искать!
— Конечно! Коменданту «салаг» гонять, да наряды вне очереди раздавать куда легче, чем с выпускниками воевать! Новобранцы безропотные!
— Давайте спать! Утро вечера мудренее, а что случилось уже не исправишь! — примирительно заворчал Семков уже зевая.
Новая неделя началась с новых новостей: всем пришли повестки из райвоенкомата на предмет явки для прохождения медицинской комиссии. Администрация, более осведомленная в этом вопросе, объясняла это событие так:
— В военные годы была очень низкая рождаемость, поэтому призывают всех, даже категорию льготников.
Эти объяснения не утешили и не успокоили призывников. Когда поступали в мореходку были одни законы, одни правила. А сейчас все поменяли, не спросив нас? Мы три года жили в казарменных условиях, носили матросскую форму, соблюдали казарменный режим и дисциплину, а сейчас снова на три года в казарму?
— Но вы получили гражданскую специальность, а не военную, а Закон о всеобщей воинской обязанности никто не отменял! — отвечали нам представители военкомата.