— Нет, нет! — воскликнула Мидис. — Это я, я во всем виновата!
— Пытать, я буду тебя пытать, — бормотал я. — Я посажу тебя на кол! — мне кое-как удалось взять себя в руки. Я повернулся к Табу. — Ты был неплохим человеком, Таб, — сказал я ему, — поэтому тебя пытать я не буду. Защищайся, — указал я ему на меч.
Таб пожал плечами. Он не стал обнажать оружие.
— Вы можете просто убить меня, — сказал он.
— Защищайся! — крикнул я.
— Хорошо, — ответил он и вытащил меч. Мидис, рыдая, бросилась между нами на колени.
— Нет! — причитала она. — Убейте лучше Мидис!
— Я убью тебя прямо у нее на глазах, — бросил я Табу. — А потом подвергну ее пыткам.
— Да, да, убейте Мидис, — рыдала она. — Только дайте ему уйти! Пусть он уйдет!
— Но почему, почему ты это сделала? — закричал я. — Почему?
— Я люблю его, — рыдая, пробормотала она. — Люблю!
Я расхохотался.
— Ты любишь? Ты не можешь любить, — бросил я ей. — Ты ведь Мидис — маленькая, ничтожная, эгоистичная, тщеславная дрянь! Ты не можешь любить никого, кроме себя!
— Я люблю его, — прошептала она. — Люблю.
— А меня ты не любишь? — спросил я.
— Нет, — покачала она головой. — Не люблю.
— Но ведь я дал тебе так много… всего, — я чувствовал, как слезы подступают у меня к глазам. — И разве я не дал тебе самое большое удовольствие?
— Да, — ответила она. — Вы дали мне очень многое.
— А удовольствие? — допытывался я. — Разве ты не получила наивысшего наслаждения?
— Да, — ответила она, — получила.
— Тогда почему? — закричала я.
— Я не люблю вас, — ответила она.
— Нет, ты любишь! — кричал я. — Любишь!
— Нет, — сказала она, — не люблю. И никогда не любила.
Слезы покатились у меня по щекам. Я снова спрятал меч в ножны.
— Забирай ее, — сказал я Табу. — Она твоя.
— Я люблю ее, — сказал он.
— Забирай ее! взорвался я. — И чтоб я тебя больше не видел! Убирайтесь отсюда!
— Мидис, — хрипло пробормотал Таб.
Она бросилась к нему, и он обнял ее за плечи. Так он и оставил мою комнату: обнимая девушку и продолжая сжимать в руке забытый, все еще обнаженный меч.