Джек стоял не двигаясь и смотрел на часы. Двадцать пять минут восьмого. Мяч быстро покатился по траве, застрял на краю лунки, дрогнул и скатился вниз.
– Отличный удар, – сказал Джек.
Голос его звучал хрипло и показался чужим. Он поправил часы на руке с чувством безмерного облегчения: ничего не произошло, чары разрушены.
– Если вы не против подождать минуту, – сказал он, – я бы закурил трубку.
Джек набил и зажёг трубку, пальцы плохо слушались его, дрожали. Но с души, казалось, свалился огромный камень.
– Боже, какой хороший день, – заметил он, озирая открывшуюся перед ним перспективу с большим удовлетворением. – Продолжайте, Левингтон, ваш удар.
Но испытание пришло. В то мгновение, когда доктор ударил по мячу, раздался женский крик, пронзительный, отчаянный: «Убивают… помогите! Убивают!»
Трубка выпала из ослабевшей руки Джека, он резко повернулся, но вспомнил о Левингтоне и, затаив дыхание, пристально посмотрел на него.
Тот готовился к удару, и Джек не увидел его глаз.
– Близковато… и явное препятствие, хотя, я думаю…
Он ничего не слышал.
Мир, казалось, закружился вместе с Джеком. Шатаясь, он сделал шаг, второй… Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что лежит на траве, а над ним склоняется Левингтон.
– Очнулись, теперь только не волнуйтесь, не волнуйтесь.
– Что я натворил?
– Вы упали в обморок, молодой человек… или ловко изобразили его.
– Боже мой! – застонал Джек.
– Что случилось? Закружилась голова?
– Я вам все сейчас расскажу, но вначале я хотел бы вас спросить кое о чём.
Доктор зажёг свою трубку и уселся на скамейку.
– Спрашивайте о чём хотите, – спокойно сказал он.
– Последние дни вы наблюдали за мной. Почему?
– Вопрос довольно щепетильный. Как известно, и кошке дозволено смотреть на короля, – в глазах его была насмешка.
– Не отделывайтесь от меня шуткой. Мне не до шуток.
Так почему? Мне жизненно важно это знать.
Лицо Левингтона посерьёзнело.
– Я отвечу вам как на духу. Увидев на вашем лице приметы человека, изнемогающего от большого душевного напряжения, я заинтересовался, в чём его причина.
– Причина очень простая, – с горечью сказал Джек, – я схожу с ума.
Он выжидательно помолчал, но его заявление, казалось, не вызвало ожидаемого эффекта: интереса, ужаса, – и он повторил: «Говорю вам, я схожу с ума».
– Очень странно, – пробормотал Левингтон. – Действительно, очень странно.
Джек возмутился.