– Потому что потому.
– То есть как?
– Да так. Я хозяин, лошади мои. Чего хочу, то и делаю.
Наступила тяжёлая пауза.
– Эти лошади, – наставительно сказал Безайс, – не ваши, а торгового дома Чурина.
– Да уж и не ваши, будьте спокойны.
– А куда же вы поедете?
– Вернусь в ту деревню, к старику, у которого ночевали.
– А мы?
– А вы как хотите.
Они растерянно переглянулись.
– Очень это красиво с вашей стороны, – сказал Безайс. –
Мы вам помогли, а вы нас бросаете. Это свинство.
Жуканов концом кнута поправил шапку.
– Конечно, свинство, – спокойно ответил он. – Только ведь и мне нет охоты шею подставлять. Жить каждому хочется. Вы молодые люди, вам это смешно, а я больной человек. Если меня арестуют, я умереть могу.
Безайс взволнованно снял и снова надел перчатку.
– Не умрёте, – сказал он. – Поймите, что нам надо ехать.
– Всем надо, – возразил Жуканов рассудительно. –
Странно. Если я из-за своего добродушия согласился вас везти, так вы уж хотите на меня верхом сесть.
– Оставьте, Жуканов!
– Сказал – нельзя.
Варя переводила взгляд с Безайса на Матвеева.
– Придётся вам выйти, – сказал Жуканов. – Ничего не поделаешь. Всей душой был бы рад, да не могу.
Матвеев вылез из саней.
– Безайс, поди сюда, – сказал он. – Жуканов, подождите немного, минут пять.
– Пять минут – могу.
Они отошли на несколько шагов и остановились.
– Ну?
Безайс оглядел ровную, уходящую вперёд дорогу и вздохнул.
– Чего же разговаривать? – сказал он пониженным голосом. – Мы влипли, старик.