Она подошла к нему и сказала:
– Теперь, по-моему, самое время спросить, зачем, собственно, тебе все это нужно. Если ты хочешь переспать со мной, то у нас ведь есть прекрасная кровать, а если она тебя уже не устраивает, то диван тоже замечательный. Мягкий и пушистый. Я сама его сделала.
– У Стенстрёма в письменном столе была целая кипа таких фотографий.
– На работе?
– Да.
– Чьих?
– Его девушки.
– Осы?
– Да.
– Наверное, это было не слишком приятное зрелище?
– Ну, я бы не сказал.
Она нахмурила брови.
– Вопрос в том, зачем они понадобились, – сказал
Колльберг.
– Разве это имеет какое-нибудь значение?
– Не знаю. Но я не могу это объяснить.
– Может, ему просто нравилось разглядывать их.
– Мартин тоже так говорит.
– По-моему, гораздо благоразумнее было бы иногда приезжать домой и смотреть живьем.
– Мартин тоже не всегда проявляет благоразумие.
Например, он беспокоится о нас с тобой. По нему это видно.
– О нас? Почему?
– Наверное, потому, что тогда, в пятницу вечером, я вышел один.
– А он что, никогда не выходит из дому без жены?
– Тут что-то не так, – сказал Колльберг. – Со Стенстрёмом и теми фотографиями.
– Почему? У мужчин бывают разные причуды. Она хорошо выглядела на тех фотографиях?
– Да.
– Очень хорошо?
– Да.
– Знаешь, что мне следовало бы сказать?